Война князей. Книга V Властелин стихий

- Знаете, что странно? Матушка никогда не рассказывала нам с братом о родственниках с вашей стороны.

- Альбрехт бы взбесился, услышав о них. Она просто берегла вас с Ульрихом от его гнева.

Дальше мы пошли рядом, плечо к плечу. Запнулся я только у одного старинного портрета, на котором белокурая женщина показалась мне удивительно знакомой. Но вспомнить, откуда знаю ее лицо, так и не смог. Может, память Йена шалит?

После картинной галереи мы с князем проходим через парадный зал замка, зеркала и окна которого до сих пор затянуты траурной темной вуалью.

А на парадной лестнице я вижу большой портрет Густава, освещенный магическими светильниками. Перед ним до сих пор лежат букеты живых цветов, перевитые черными лентами. Некоторые цветы совсем простенькие - последние, осенние… Видимо слуги любили покойного княжича и оплакивают его смерть вместе с хозяевами замка.

В горле у меня встает ком… именно таким Густав и остался в моей памяти. Младший Марций на этом портрете такой живой, такой жизнерадостный и красивый, что хочется взвыть зверем от лютой несправедливости - ну, почему он, почему, Карифа?!!! И даже от того, что я уничтожил его убийц, мне не становится легче, сколько бы времени не прошло.

Труднее всего простить себя за его смерть, и я к этому пока не готов.

С трудом отрываю взгляд от портрета и проглатываю ком, стоящий в горле. Делаю первый шаг, поднимаясь по парадной лестнице. Густав мертв, а жизнь продолжается. И за спиной меня терпеливо ожидает его отец - князь, с которым нам теперь предстоит рука об руку воевать с темными…

Общались мы с дядей так, словно знакомы сто лет.

Впрочем, Касиус действительно давно знал Йена, и последний раз они с Густавом приезжали в Минэй года четыре назад. Только в памяти Йена это событие почему-то не задержалось, так… лишь слабое воспоминание. Это я еще при знакомстве с Густавом отметил.

Незаметно для себя я перешел к рассказу о последних днях Густава, в желании выговориться перед Касиусом. Рассказывал, как мы с ним помогали друг другу, как много разговаривали с его сыном, и с каким уважением и любовью Густав отзывался об отце.

- Он вас очень любил, князь. И очень гордился вами. Даже когда рассказывал, как вы пороли его в детстве и наказывали за шалости, он никогда не забывал упомянуть, что доставалось ему от вас всегда за дело. Я даже немного завидовал Густаву, что ему так повезло с вами. Как вы понимаете, я таким справедливым отцом похвалиться не могу.