Паладин. Священный огонь

Да это и невозможно было сделать в мрачном городе, по ночам источавшем лишь смрад тихих закоулков и тусклое свечение редких фонарей.

‒ Скажи, а зачем…

‒ Ничего не спрашивай, ‒ отрезала Ева.

Рэй растерянно замолчал.

Обернувшись, девушка мягко улыбнулась и добавила:

‒ Не бойся, обижать тебя никто не будет.

‒ Да кто тут вообще боится-то… ‒ запыхтел в конец смутившийся парень.

Ребята пересекли центральную аллею парка и, не доходя до главной башни учебного корпуса, свернули направо. Обогнули площадь, на которой днём собирались студенты в перерывах между занятиями, и направились дальше, приближаясь к массивному строению у самого края замковой территории.

По периметру его огибали фонари, выполненные в виде глубоких медных чаш.

Рэй с подозрением осмотрелся. Он никогда не бывал в этой части замка. Взгляд его упал на маленькую входную дверь, которая пряталась в густых зарослях ползучего винограда. Здание накрывала огромная стеклянная полусфера, слабо поблескивавшая в неверном свете луны.

‒ Ева? ‒ неуверенно окликнул юноша.

‒ Тюр подумал, что тебе будет полезно посмотреть на звёзды, ‒ отозвалась девушка. ‒ Это должно тебя успокоить и придать сил перед сражением. Он очень просил, чтобы именно я составила тебе компанию.

«Надеюсь, Тюр не винит себя в случившемся, ‒ обеспокоенно подумал Рэй. ‒ Рин говорила, что с того дня он безвылазно сидит в библиотеке. Ни разу даже в свою комнату не возвращался. Но почему он попросил именно Еву?»

Парень взглянул на монахиню и беззвучно поблагодарил небеса за то, что не задал свой вопрос вслух.

Выходит, великан был гораздо прозорливее, чем он предполагал. Без смущения смотреть в голубые глаза девушки, всегда наполненные мягким, тёплым светом, он был не в силах.

Ева уверенно распахнула маленькую дверь и вошла внутрь. Поддавшись любопытству, Рэй последовал за ней. Первый этаж представлял собой просторную залу, пол которой укрывал мягкий светлый ковёр. На стенах висели портреты в золотых и серебряных рамах, инкрустированных драгоценными камнями.

Изображённые на картинах люди выглядели весьма специфично: причудливые шляпы, огромные очки, усыпанные звёздами мантии – они походили на некоторых из пожилых преподавателей Лапласа, которые занимались наукой так долго, что кажется, уже давно сами стали её частью.

Проследив за взглядом юноши, Ева улыбнулась.

‒ Здесь висят портреты выдающихся учёных, занимавшихся изучением звёзд, ‒ тихим голосом пояснила она.

‒ А мы сейчас…

‒ В обсерватории.