Паладин. Священный огонь

Смутившись, он постарался отодвинуться и едва не свалился на пол. Девушка тихо засмеялась и притянула его к трубе.

‒ Давай, теперь ты посмотри. Прикрой левый глаз, а правым загляни в окуляр, ‒ объяснила она.

Рэй медленно приблизился к аппарату, стараясь точно повторить все движения Евы.

Открывшаяся его глазам картина поражала воображение. Мириады звёзд тонкой светящейся паутиной окутывали небосвод, образуя причудливые узоры. Создавалось ощущение, что юноша на мгновение оказался там, на самом верху, в окружении небесных гигантов.

‒ В поместье родителей тоже была своя обсерватория, и отец часто водил нас с сестрой туда. И, хотя наш прибор был гораздо меньше, мы с Рин обожали наблюдать за звёздами. Это была наша с отцом тайна. В такие ночи мы не ложились спать до самого рассвета, смотрели на небо и много разговаривали, ‒ смущённо поделилась она.

‒ Никогда ничего подобного не видел, ‒ честно признался парень.

‒ Телескоп называется.

‒ Теле.. коп, ‒ повторил Рэй.

Ева прыснула, прижав ладонь к губам.

‒ Те-ле-скоп, ‒ произнесла она по слогам.

‒ Хорошо-хорошо. Телескоп, ‒ улыбнулся Рэй.

Лицо девушки вдруг стало очень серьёзным. Она достала из недр мантии маленький свёрток и протянула юноше.

‒ Возьми его.

Парень осторожно развернул ткань. В его руке оказался обоюдоострый кинжал с посеребренной рукоятью, украшенной головой ревущего льва.

‒ Это же… ‒ изумлённо начал Рэй.

‒ Отец подарил его мне за несколько месяцев до смерти. Он сказал, что Рин всегда сможет за себя постоять, а мне такая вещица не помешает, ‒ произнося это, Ева смотрела в безграничное ночное небо.

‒ Я не могу принять такой…

‒ Мои родители погибли, ‒ закусив губу, вдруг выпалила девушка. ‒ Они возвращались с дипломатической миссии, когда на них напали медрессийцы ‒ жестокие кочевники восточных пустошей…

Её слова, словно маленькие иголки, впивались в сердце Рэя.

‒ Странные символы на коже вашего инструктора, ‒ тихо продолжала монахиня. ‒ Это письмена медрессийцев.

Тут-то юноша наконец понял. Вот причина, по которой Рин возненавидела Шагрина, не появлялась на занятиях, и вот почему Ева была так взволнована их разговором. Когда девушка заговорила снова, голос её звучал едва слышно:

‒ Мы ничего не знали о наставнике, который обучает новобранцев в академии.