Паладин. Священный огонь

Перед смертью он завещал Архонтам отойти от дел в мирное время, избрав пять правителей для объединения разрозненных земель в империю. Служители церкви святого Петра исполнили последнюю волю первого мага, и на пепелище воссиял Авалон ‒ символ веры и сплоченности людей.

На этом Дорн закончил свой рассказ. Невольно заслушавшийся старой историей Рэй улыбнулся. Ему приятно было осознавать, что, в какой бы семье ты не родился, где бы не жил, легенда о создании империи сохранялась в первозданном виде. Получается, хотя бы в этом между ним и рыцарем из знатного рода не было никаких различий.

Нори, предварительно отошедший на безопасное расстояние, не удержался и задал вопрос:

‒ А почему же сами Архонты не стали правителями? Поделили бы земли между собой и всё.

Ожидая ответа, гном на всякий случай зажмурился и прикрыл затылок рукой.

‒ Ты что, совсем не слушал? ‒ Рэй наподдал Нори коленкой сзади. ‒ С большой властью трудно справиться и за все приходится нести ответственность. Архонты были наделены силой не для княжения, а для борьбы с демонами, поэтому они должны были оставить свои посты и доверить управление государства людям.

Для этого из народа были выбраны лорды пяти областей Авалона.

Гном молча закивал, потирая побаливающий зад. Дорн улыбнулся.

‒ Арена, господа! ‒ впереди раздался ликующий голос Тилля. ‒ Именно здесь вы будете оттачивать свои навыки и умения.

Понизив голос, он добавил:

‒ А также получать тумаки и затрещины. Но об этом чуть позже.

Пройдя через огромный трехуровневый акведук, новобранцы увидели арену.

Без всяких преувеличений, это было громадное сооружение с выбитыми из цельного камня длинными лавками для зрителей. Центр был усыпан щебнем и песком. Сбоку, на специально выделенном поле для тренировок и спаррингов, стояло несколько деревянных кукол, каждая из которых имела по шесть рук, сжимавших оружие. Вид манекенов испугал Нори. Он не решался подойти к ним ближе, чем на пять шагов, и этим очень веселил Рэя.

‒ Ты же знаешь, что они ненастоящие? ‒ шутил парень.

‒ Знаю я, знаю, ‒ отмахивался гном.

‒ Но какие же они уродливые! У меня очень тонкая душевная организация. Такие вещи пугают меня, не могу смотреть! Никакой эстетики. Фу.

‒ А ты ну прямо объект высокой моды!

‒ Дружище, да я произведение искусства… в слегка вонючей одежде. Просто я вас берегу: стоит мне раздеться, вы все с ума сойдете, ‒ Нори попытался обворожительно улыбнуться проходившей мимо девчонке, но она брезгливо отскочила от него.

‒ Спасибо за заботу! ‒ прыснул Рэй.