Возвращение Безумного Бога

Настя задумалась, хмуря брови:

— Хорошо, допустим. Но даже ради великой цели нельзя так нещадно калечить себя. Ведь погибнете же! Должен быть другой выход.

Я тяжело дышал, чувствуя, как волнами накатывает слабость. Но вместе с ней я чувствовал и приятную бодрость. Как будто хорошенько позанимался в спортзале.

— Вот чтобы этого не произошло... Нужны целительные эликсиры... И ещё мне надо будет много жрать, чтобы восстановить силы... Намного больше, чем обычный человек. Тогда я смогу продолжать тренировки и одолеть слабость этого тела.

— И сколько вам надо будет еды, господин? У нас как раз скоро ужин...

— Как стаду голодных слонов. Плотоядных слонов. Мясо нужно в первую очередь. Нужно нарастить мышечную массу.

Настя задумалась на мгновение, а затем кивнула:

— Хорошо, эликсиров у нас немного, но еды хватает. Постарайтесь пока не умереть тут, ладно? Сейчас вернусь.

Девушка выбежала прочь, а я откинулся на спинку кресла, тяжело дыша. Боль немного утихла, сменившись онемением. Я ощущал, как с каждым вдохом каналы впитывают больше энергии, восстанавливая микро-повреждения.

Пусть медленно, но регенерация придавала сил.

Через пару минут Настя вернулась, неся поднос с едой и несколько склянок эликсиров. Я с благодарностью выпил целебные зелья, мгновенно ощутив облегчение. Раны на губе затянулись, кровотечение остановилось.

Затем я принялся уплетать еду, восстанавливая потраченную энергию. Оказывается, аппетит у этого тела был отменный — я с удовольствием умял несколько бутербродов, запил чаем и перешёл к яблочному пирогу.

При этом мысли уже роились о следующем сеансе «Перегрузки». Надо решить, когда именно его лучше провести.

Настя наблюдала за мной слегка зачарованно. Видимо, её впечатлила та скорость, с которой я поглощал еду. А поглощал я вкусноту со скоростью пылесоса и яростью миксера, мгновенно измельчая зубами и отправляя в желудок.

Ом-ном-ном-ном, как же вкусно... отвык я от еды смертных, отвык. Не амброзия, конечно, но насыщает преотменно.

— Ученица, расскажи мне побольше про Константина, — попросил я.

— Что он вообще за человек? Как себя ведет? Мне доступны не все его воспоминания.

— Вам лучше горькую правду, чем приятную лесть?

— Ага.

— Он был тем еще козлом, да простят меня небеса, — честно сказала Настя.

— Вот как...

— Ну-у-у... Эмили не случайно к вам так плохо относится.

— Слушай, давай уже на ты, — предложил я. — Надоело это выканье...

— Как скажете, о великий господин Безумный бог...

— Настя...

Она начала рассказывать.