Живой доспех 3: Непобеждённый

Я никак не мог понять своего скверного настроения. Местные пляжи, да и сам остров, затерянный где-то в бескрайнем океане, были прекрасны. Я даже не знал, что вода бывает настолько голубой. Местные леса назывались джунглями, а вдоль пляжей с белоснежным песком словно по линейке утыкали причудливые пальмы. Посередине острова располагалась невысокая гора, из вершины которой вился лёгкий дымок. Один из местных жителей назвал её вулканом.

А когда наступил закат, то вообще впору было потерять дар речи. Насыщенные красные, оранжевые и бордовые лучи солнца прорывались сквозь пелену облаков, окрашивая воду.

Сами же облака словно сияли изнутри. Даже замершие вокруг меня, словно статуи, Живые доспехи под этим светом казались по-настоящему живыми. Воинами древних времён, до сих пор несущими свой дозор.

Дополняло всё это великолепие вкуснейшая еда. Мне даже не нужно было обращаться за ней к аборигенам — всё росло на деревьях. Да и местные девушки, с кожей куда темнее моей, радовали глаз своей красотой. Там, откуда я родом, их наряды назвали бы похабными.

На здешней же жаре это было единственным способом выжить.

Воистину райское место! Тогда почему я никак не могу им насладиться?

Меня снедало какое-то необъяснимое чувство тревоги. Настолько сильное, что я даже усесться удобно не мог. Волнами накатывали порывы вскочить на ноги, начать что-то делать. Ладони и пальцы на руках мелко покалывало. И лишь под вечер я понял, почему — мне не хватало тяжести оружия. Так что я крепко сжал отцовский посох.

Покалывание ослабло, но облегчение так и не наступило.

Я просидел так полночи. В какой-то момент до боли начали кусать губы. А когда заметил это, то мысленно себя оборвал. Чтобы спустя полчаса начать грызть ногти.

Нет, так не пойдёт. Со мной явно что-то не так. Да и вообще, как я могу расслабиться и спокойно отдыхать, когда знаю, что Эста уже наверняка уничтожена? Что наши рыцари в большинстве своём уже погибли в бою. Что мои друзья и близкие умерли ужасной смертью. И это не считая тысяч других людей…

Вскочив на ноги, я со злостью пнул небольшую кучку песка.

Он облаком взвился в ночной воздух, вновь заставив меня ворчать. Так что я сменил предмет своей ненависти на воду. Я топтал её ногами, бил руками и посохом, что-то несвязно рыча. В конце концов, повалился плашмя лицом вниз и орал в глубину, чувствуя, как пузыри воздуха обрамляют моё лицо. Благодаря ночи я не видел дна. И эта тьма меня устраивала.

Наконец, обессиленный, я выбрался на берег.