Северное сияние

Всего двое вооруженных людей посреди глуши могли оказаться не просто отбившимися от отряда или передовым разъездом. А дезертирами или шкуродерами. Паломнику оставалось только порадоваться, что получилось проскочить рано утром и те поленились преследовать.

Но на всякий случай следующие пару часов Ферк шагал быстрее обычного, чтобы гарантировано оторваться. Как назло, дорога тянулась ровно, без крупных развилок. Встречались отвороты, которые больше походили на тропы и скорее всего вели к окрестным деревням.

Мысли возвращались к наголовью святого Веспасиана.

Поймал себя на том, что раз за разом проводил пальцем по глубокой вмятине на шлеме. Ферку пришло понимание — нужно ее выправить. Прежде ему не доводилось всерьез работать с металлом и пока единственное, что смог придумать — найти подходящий камень и изнутри выстучать сталь.

По пути Ферк пытался понять, зачем архангел велел забрать шлем. И пришел к неутешительному выводу. Самому пилигриму предстоит принять участие в сражении. И для этого нужно было собрать доспех.

По пути часто смотрел под ноги и на обочины. Когда проходил мимо березовой рощи, зашел и собрал хворост, чтобы не тратить время и искать в темноте. Успокоился, когда набрал сухих веток на пару часов небольшого огня. Перевязал все длинным шнурком и закинул на плечо.

По пути обратно к дороге заметил подходящий булыжник. По мере убывания припасов места в котомке становилось все больше и камень легко поместился внутри. Хотя в итоге общая ноша сильнее перекосила паломника в левую сторону.

Вечером дорога потянулась по редколесью. Листья на деревьях уже пожелтели, но не опали. Поэтом стало заметно темнее — лучи закатного солнца плохо пробивались сквозь ветки. Ферк решил, что пора остановиться на ночевку. Свернул с дороги, нашел укромную полянку шагов семи в поперечине. Ногой расчистил место, сложил хворост, дольше обычного провозился с кресалом и кремнем, пытаясь зажечь трут.

Наконец, разгорелось пламя. Пилигрим поставил к огню готовиться кашу в горшке. После чего бросил на землю одеяло, сел сверху и занялся шлемом святого.

Прежде ему не доводилось всерьез работать с металлом. На отшибе Ночеды жил кузнец, который подковывал лошадей и чинил инструменты. Деревенские его традиционно не любили, как и всех прочих кузнецов, — от горна и наковальни разлетались искры, которые грозили пожаром поселению. Поэтому Ферк стал действовать по наитию.

Положил шлем на колени и начал изнутри выстукивать вмятину булыжником. Получилось не очень.