Том 3. Скиталец

Нет, под моими ногами был не один труп, весь холм, на котором я стоял, был свален из мертвых тел. Сколько же человек здесь полегло? Из под тысяч тел проглядывали багровые песчаные дюны, а в низинах наливались целые озера алой крови. Насколько хватало глаз, везде была подобная картина.

Оглянувшись, я увидел людей, забирающихся на эту гору трупов, и они явно не с добрыми намерениями шли ко мне. Подняв из-под ног чью-то глефу с выщербленным лезвием, я приготовился к сражению, уж не знаю, сколько их, но я обязан убить как можно больше.

Криг:

Неплохо, я думал, что он помрёт минут за десять, а он держится уже полчаса, да и убил он уже довольно много врагов. Фреска, в которую вглядывался криг, двигалась, показывая ожесточенную схватку мальчишки против все подступающих тысяч врагов…

Арлин:

Да что же такое? Они прут и прут. То и дело вдали мелькают огромные чудища. А еще… В глубине вражеского строя временами мелькал гигант из темной стали, его огромный меч сверкал в лучах кроваво красного заката этого все никак не заканчивающегося вечера.

Внезапно передо мной появился один из тех гигантских монстров. Он выпрыгнул из тени, и его челюсти сомкнулись на мне…

— А-а-а!!! Чертило болотное кувалдой тебя по темени!

— Ну как ощущения от первой смерти в массиве иллюзий? — с лёгкой усмешкой спросил Криг.

— Освежающие. — буркнул я под нос, поднимаясь с каменного пола. — Что это была за тварь?

— Без понятия, никто не знает, что изображено на фресках, но поговаривают, что они собирают самые кровавые и массовые битвы со всех миров и обращают в подобные иллюзии.

— Массовые? Но все погибшие и живые солдаты носили одинаковые доспехи, значит, они были на одной стороне. Так кто же был их противником?!

— Он. — ткнул наставник в угол фрески, где был изображен закованный в доспехи из черной стали гигант с щупальцами на спине, что своим огромным мечом отсекал голову очередной твари. Тот самый гигант, которого я видел вдалеке.

— Эта фреска появилась чуть больше двухсот лет назад, и пока ни на одной не было настолько односторонней бойни.

В эту фреску входили даже старейшины, но ни одному из них не удалось убить гиганта. Стоило им начать брать над ним верх, он вытаскивал новый козырь. В итоге даже самые упертые бросили идею одолеть его.

Сказано это было с таким уважением, что я абсолютно по новому взглянул на этого гиганта. Уж не знаю, хороший он или плохой, но уважать его есть за что.