ЛЕС-4. Проявление.

Потому что Дор аккуратно раскалывал запекшуюся побелевшую глину дубиной. Из расколотых яиц пыхнуло ароматным паром. Перья прилипли к глине, и к нашему импровизированному столу птица была подана румяной и чистой. Заяц так же был готов, правда Соня слегка перестаралась, с одного бока он чуть подгорел.

- Прошу к столу! – провозгласил Ант, помогая явно расстроенной Соне перенести зайца на шпаге. – А это мы сейчас исправим, Соня.

Он соскреб мачете почерневшую корку, и затем ловко разрубил тушку на несколько частей.

- Вуаля! – сказал он, протягивая девушке мясистую ножку. – Не обожгись! Дама снимает пробу первой!

- Спасибо, Ант, - улыбнулась Соня. – Это, если я отравлюсь, то не жалко?

Ант состроил гримасу.

- Как вы могли такое подумать, леди! – И первым откусил, обжигаясь, первый кусок от своей ножки, размером с баранью.

- Уф! – он закрыл глаза, жевал с придыханием, остужая пышущее мясо в набитом рту. – Фкуфно!

Соня смотрела на него с сомнением, Дор улыбался, оторвал от голубя ножку и в один миг обглодал ее.

Я устроился поудобнее, взял с рук Дора вторую ножку, обжигая пальцы, впился зубами в мякоть. Удовлетворенно закивал.

- Жалко соли нет, - сказал я, проглотив первый кусок.

- И еще специй, зелени и хлеба, - добавил Ант.

- Соль вредна! – вставила Соня, аккуратно, как и положено леди, отрезая ножом небольшие кусочки.

- С хлебом не получится, - сказал Дор, откидывая в сторону кости от второй ножки голубя, - а вот с зеленью что-нибудь придумаем!

Он поднялся, в два шага скрылся в темноте зарослей.

Мы удивленно переглянулись, но молча продолжили трапезу.

Желудок приятно урчал, по телу разливалось тепло и наполняло силой. Час отдохнув, я уже чувствовал прилив энергии. А натуральная и калорийная еда еще добавляла сил.

За это время небо потемнело еще больше, черные ветви замерли, в узкий просвет между деревьями блеснула яркая точка звезды. Холод и сырость медленно наполняли заросли.

Через пару минут вернулся гигант.

- Пробуйте! – сказал он, усаживаясь. – Это съедобно, не бойтесь!

Мы с сомнением взяли каждый по листу, обнюхивали, надкусывали. Дор демонстративно вздохнул, улыбнулся, глядя на нас, первым свернул из травы шарик, закинул в рот. Зеленый сок брызнул ему на грудь, он в удовольствии прикрыл глаза, перемалывая зелень.

По вкусу трава напоминала и лук и чеснок одновременно.