Книга I: Марш обреченных

Тот безропотно извлек из-за голенища широкий засапожный нож, длиной в локоть, и протянул мне.

«Фью-у!» – мысленно присвистнул я. Неслабая такая игрушка! По меркам моего мира полноценный «холодняк». И хоть Александр Горюнов привык обращаться с пырялками значительно меньшего размера, вряд ли это мне сильно помешает. Всё-таки ловкие пальцы профессионального шулера умели исполнять финты с практически любыми предметами, которые попадали мне в руки. Причем, делали это настолько виртуозно, что иные циркачи от зависти зеленели.

И это не риторический оборот. Я действительно был знаком со многими артистами и фокусниками, которых крайне впечатляли мои навыки.

Вот и сейчас я взял нож за рукоять. Оценил остроту клинка. Взвесил в ладони, примеряясь к размерам и тяжести. А затем, под взглядами десятков любопытных зрителей, мастерски крутанул его и… ах, дерьмо! Чуть не проткнул себе ногу!

Немаленький засапожник выпал из неподатливых пальцев, втыкаясь кончиком в утрамбованную почву. По рядам собравшихся пронеслась волна сдавленных смешков.

И я с грустью подумал, что сильно переоценил способности Ризанта. Да, в недавней стычке с братом он показал себя отменно. Наследие крови альвэ сыграло свою роль, а потому двигался аристократ проворно и грациозно, как бывалый танцор. Но вот с мелкой моторикой у желтоглазого парня был полный швах. Как будто он ничего кроме кубка и ложки за всю жизнь в руках не держал. Хотя почему «как будто?» Примерно так ситуация и обстояла.

– Эй, Риз, ты не порезался? – не упустил Велайд случая поиздеваться надо мной.

– Похоже, что даже эти детские игрушки для тебя слишком опасны!

Слуги разом тактично опустили лица в землю, чтобы не отсвечивать улыбками. Не пристало им так откровенно потешаться над сыновьями своего господина в его же присутствии. А вот Илисия не стала таиться и в открытую захихикала, растягивая накрашенные алым губы в ехидной усмешке. Кобра, блин, ядовитая…

Проигнорировав реплику, я отправился оппоненту навстречу.

Плевать! Ничего это особо не меняет. Основные движения я не забыл, а в ножевом бою общая координация имеет куда большее значение, нежели мои излюбленные выкрутасы. И вот с этим у Ризанта проблем не было. Так что не всё потеряно.

Велайд встал как классический фехтовальщик, развернувшись корпусом на девяносто градусов. Нож он держал перед собой, будто длинный клинок. А пострадавшую от канделябра руку заложил за спину, вероятно, подражая своему наставнику.