Книга I: Марш обреченных

А вот Одион, вопреки моим ожиданиям, в своем отношении к старшему сыну заметно потеплел. Больше он не поднимал тему с отправкой меня на войну с алавийцами, которая столетиями бурила где-то на далеких рубежах обжитой человечеством ойкумены. То есть, даже не на территории Южной Патриархии.

Пару раз глава рода возлагал на меня какие-то совсем уж мелкие и незначительные поручения, будто хотел посмотреть, насколько серьезно я настроен меняться. А я и не возражал. Все-таки мне нужно было заинтересовать Одиона и в перспективе выбить из него золотишко на обучение колдовству.

А удовольствие сие обходилось в баснословные суммы по моей информации.

Вот и сегодня, когда аристократ попросил меня съездить в торговые ряды, дабы решить проблему с одним ремесленником, я охотно согласился. Суть неурядицы крылась в том, что один лавочник подрядился перевооружить воинов нашего дома и обязался поставить полтора десятка стальных фальшионов еще к прошлому новолунию. Но получили мы от него меньше половины партии.

Самому главе такой мелочью заниматься не с руки. Слуги уже трижды ходили к нему в лавку, но так ничего и не добились. Велайд пока еще сторонился задач, где надо было шевелить мозгами, а не мускулами. Женщинам же, по непоколебимому убеждению аристократа, решение коммерческих вопросов вообще нельзя доверять. Потому Одион вручил мне закупну́ю грамоту, в которой излагались условия сделки между мастеровым Боктодом и родом Адамастро, да расписку об оплате. С этим пакетом я и отправился призывать обнаглевшего торгаша к ответу.

По пути в конюшни я совершенно нежданно повстречал Веду. Та, каким-то образом прознав, что я собираюсь в город, стала слезно напрашиваться со мной. И я, не видя причин ей отказывать, позволил девушке присоединиться. Пришлось, правда, челяди поручить расседлать жеребца и подготовить к выезду небольшую двуколку. Но разве это проблема? Не мне же под пузом у лошадей ползать. Как оказалось, звание дворянина даже средней руки имело множество плюсов.

И я постепенно учился ими пользоваться.

Конечно, моё воспитание из двадцать первого века иной раз повергало дворовой люд в шок. Но исключительно в добром смысле. Словами не передать, как гордо расправлялись плечи и радостно сияли лица у прислужников, которые слышали от старшего сына своего господина простые «пожалуйста» и «спасибо». Ведь в доме Адамастро даже бесконечно милая Веда иной раз нещадно гоняла челядь, будто они и не люди вовсе.