Книга I: Марш обреченных

Ну или милитариями, ежели озарённый избирал путь войны и шел на службу. Но была еще одна маленькая каста, особо никого не интересующая. Это те самые ингениумы, которые сами не умели творить волшбу, зато более тонко улавливали энергетические всплески. Я не скажу, что они считались полностью бесполезными. Совсем нет. Когда дело доходило до создания новых заклинаний, эти недомаги становились поистине незаменимы. Кроме того, действуя на поле боя в связке с милитариями, они могли поделиться с выдохшимися материалистами своей невеликой силой.

Или заранее определить по энергетической проекции, какие чары плетет вражеский маг еще до того, как они сорвутся с его перстней.

Иными словами, ниша, доступная для ингениума, оставалась слишком тесной, чтобы туда влезли все и сразу. Ты либо должен быть гениальным творцом, в совершенстве владеющим теоретической стороной магии, либо стать батарейкой для полноценного озарённого. Третьего, вроде как, и не дано. И это было той самой причиной, по которой Одион не мог выбросить огромную кучу золота на мое обучение.

Ибо вложения грозили никогда не окупиться. Это только операриев ценили так высоко, что один лишь факт покорения своего дара гарантировал носителю получение младшего дворянского титула. Правда, без земель и наделов. Но и их вполне можно заслужить своими подвигами, совершенными во благо любой державы. Ходила молва, что даже альвэ охотно привечали у себя человеческих магистров. Однако создатели-ингениумы таких привилегий были лишены. Обучать их долго, дорого и бесперспективно. Вот и бродили по людским государствам тысячи и тысячи озарённых, которые никому не нужны.

Н-да, не обрадовал меня глава новой информацией. Как же мне поручение Ваэриса выполнять, ежели я в тело такого слабака попал? Или существует вероятность, что мастера, которые определяли уровень Ризанта, ошиблись? А может, мой собственный дух обладает какими-то иными параметрами, отличными от тех, что были у старшего сына Адамастро? Как бы сей вопрос провентилировать, не вызвав лишних подозрений?

Пока я молча разгребал десятки навалившихся на меня мыслей, напряженно постукивая пальцем по подлокотнику кресла, в кабинет Адамастро кто-то тихо постучал.

– Сердце моё, ты снова засиделся допоздна. Пойдем в постель, я уже зажда… ой! – внутрь заглянула супруга Одиона и крайне удивилась, застав тут еще и меня.

– Здравствуйте, милария Илисия, – сдержанно кивнул я.