Чёрный дракон

Гранёный и длинный клинок кинжала моей названной сестры сделал своё доброе дело – глубоко проткнул мышцу ноги, и тем самым парализовал её. Минимум крови и максимум эффективности. Сильный враг лишился возможности нас преследовать… Он изрыгает страшные проклятия и катается по полу.

Берта бьёт второго врага кинжалом в горло, и у ослепшего бедолаги начинают дёргаться ноги…

Хозяин харчевни перепуган до смерти и прижимается к стене.

— Расскажешь, что здесь произошло через час после нашего ухода, — говорю я и кладу руку на его жирное плечо.

— Не убивайте, господин. Я сделаю точно так, как вы сказали, — быстро говорит толстячок.

Уходим отсюда, — говорю я и с удовольствием треплю толстяка по щеке.

У столба привязаны кони рейтаров.

— Садись на второго. Это наши трофеи, — говорит Берта и легко запрыгивает в седло.

Я без труда запрыгиваю на второго коня.

— Все за мной. Я знаю короткую дорогу к нашему лесу, куда они не сунутся, — говорит Берта, укорачивает поводья и пришпоривает коня.

Я делаю то же самое.

Мы скоро проходим узкую улочку, круто сворачиваем вниз на пустырь, и вдалеке уже видим предгорный лес.

— А почему в сердце не ударила, а в горло — спрашиваю Берту.

— У них на груди, с той стороны рубах, пришиты пластины из крепкого железа.

— Ясно. Мы открыли счёт своим врагам. Пока два ноль в таою пользу…

— Берта не сразу понимает меня, но поняв, добавляет:

— Скоро их будет гораздо больше.

Лёва, Софи и Марго спешат за нами с раскрасневшимися лицами.

Наши кони выходят на объездную дорогу у самого леса. Деревья здесь стоят настоящей стеной с минимальным просветом между стволами.

Мы спешиваемся. Берта достаёт из холщовой сумки свою чудесную змейку, сажает её на вытянутую ладонь и идёт параллельно деревьям…

Через несколько минут оливковая головка змейки замирает и указывает нам верный путь между стволами.

Коней мы оставляем, и все заходим в лес.

Через час с четвертью, без особых происшествий, подходим к лесной избушке.

Я вижу, как Софи и Марго украдкой поглядывают на Берту, словно изучают её…

Между тем, лицо Берты приняло свой первоначальный облик. Красавчик превратился в красавицу брюнетку. А она действительно хороша: чрезвычайно стройная, очень сексуальная, с благородными, правильными чертами смуглого лица.

— У неё с чёрными наёмниками старые счёты, — говорю я.