Основание. Пятый пояс

Финальная ловушка, чтобы выбить ещё сектантов напоследок, за ней должна быть зона простых запретов, чтобы дать им восполнить силы и дать немного надежды, а затем начнутся ловушки и зоны запрета жизни. Мы уже близко.

Я уточнил:

— Это опыт прошлых Ключей?

— Да, глава.

В качестве доказательства Рутгош даже начал показывать карты. Древнюю и нашу, накладывая наш путь сверху. Так-то да. Тут буквально пять дней пути пешком, без техник осталось до отметки города.

— Возможно, лишь один из путей истинный, а остальные закончатся тупиками, но это неважно.

Седой не согласился:

— Можем поспорить на кувшин сливового вина, что здесь ни одного тупика.

Рутгош помедлил и предложил:

— Разделяться мы не будем, проходить их все по очереди тоже. Как определим, кто прав?

— Сам реши, — улыбнулся Седой.

— Тогда… Выберем крайний, если тупик, то ты проиграл?

— Пойдёт. Выбирай сам, с какого края войдём, я верю в себя. По рукам?

— По рукам, — подумав, решительно кивнул Рутгош.

Я оставил их забавы без внимания.

Подняв взгляд, я любовался заснеженными вершинами, что показывало нам Поле Битвы. Не Братья Морозной Гряды, совсем другие, ещё более высокие, величественные и с гораздо большими снежными шапками, которые то и дело затягивало облаками, возникающими, казалось, из ничего, словно это снег вершин парил, рождая их.

— Вперёд.

Я опустил голову и занял своё место в строю.

Через половину дня пути в небе вспыхнул шар в пять цветов. Почти такой же, какой я видел на Полях Битвы в Тюремном поясе, только пульсирующий, сменяющий цвета при каждом мигании.

Там он означал, что рядом появилась статуя, которая одарит самого быстрого Стихиальным зельем, здесь же, на Внешнем Поле Битвы, никакой такой награды не было и быть не могло, а шар означал Бедствие, связанное со стихией.

Рутгош закричал:

— Все знают, что нужно делать! Бережно расходуем вложенную в вас силу. Этот удар может быть из тех, что должен выбить всех Предводителей, но вы не слабаки-сектанты, вы лучшие из лучших Ордена…

Печать над его головой налилась на миг светом, напоминая об ошибке, и Рутгош ругнулся под нос, поправился:

— Гархово… Вы лучшие из лучших семьи Сломанного Клинка! Вы выстоите, прорвётесь дальше, не подведёте меня.

Сломанный Клинок!

— Будет выкован вновь!

Едва вопль затих, заговорил Седой:

— И нечего пыжиться до конца. Трезво оценивайте свои возможности. Нам неизвестна длина этой кишки, которую вот-вот заполнит стихия.