Первый паладин. Том 2. Магистр.

Алистер хотел было выставить куполообразную защитную полусферу, но понял, что тогда призраки обогнут их защиту и прорвутся, поэтому ему вновь с горечью пришлось пожертвовать жизнями братьев.

Взмах когтей пролетевшего над ним призрака Алрик пропустил над собой, пригнувшись и молниеносно среагировав, поразил того мечом в спину.

Шаг вперед, и еще один демон расплывается в воздухе полупрозрачным маревом от укола меча.

Рывок с полуоборотом влево, и по широкой дуге меч поражает следующего противника, пытающегося напасть на одного из братьев.

Явление кары настигает прорвавшегося через строй призрака в спину, подтачивая отведенный паладину срок, и Алрик спешит перекрыть пространство справа.

Меж тем дракон описал дугу в небе и завис в воздухе, взирая на сопротивляющихся ему рыцарей. “Вы черви!!! Как вы посмели прийти сюда!!? В мой город!!!”

Пасть его распахнулась, чтобы испустить еще одну завесу дыма, и Алрик осознал, что эту атаку они уже вряд ли переживут.

Уже готовый принять свою смерть лейтенант воззрился в грязное-красное небо, как на краю поля зрения мелькнула искра света.

Сначала Алрик не придал ей значения. Но искра и не думала сгорать. Напротив. Превращаясь в пылающий факел, окутанная божественным пламенем крылатая фигура врезалась в богопротивное существо, даруя обреченным новый глоток надежды. Нет. Не надежды. Веры.

Глава 9. До последнего вздоха.

Порою, оглядываясь назад в прошлое, начинаешь понимать, насколько человек не властен над своей судьбой.

Сколько выпускников ВУЗов по прошествии нескольких лет работают не по специальности? Разве предполагал какой-нибудь студент юридического, что через пять лет пять он будет, к примеру, маркетологом. Или выпускник педагогического университета, сидящий за рулем грузовика, предполагал, что он будет дальнобойщиком?

Вот и Гадриил всю жизнь предполагал, что подобно его родителям он будет также работать на земле, собирать урожай, растить детей и уж точно никак не будет связан с военным ремеслом.

Хоть вид закованных в броню рыцарей восхищал его, как и всех деревенских мальчишек, мечтающих когда-нибудь стать великими воинами, Гадриил уже с юных лет был достаточно сознательным, чтобы понимать, что военное дело - это не только героизм, доблесть и статус. Война - это кровь, боль и потери.

Он не предполагал, что война, кровь и потеря близких станут для него той отправной точкой, когда ему не останется ничего, кроме как взять в руки оружие.