Чёрный хребет

Двести человек, из которых одних только бледнокожих девушек из башни около пятидесяти. Все переминаются с ноги на ногу, сжимают оружие и ждут непонятно чего.

– Мой отец был бы на твоей стороне, – говорит Хоб. – Он бы никогда не вёл себя высокомерно, как Саргот.

– Да, я знаю, – говорю.

– Мой отец был гораздо лучшим старостой. Когда его выбирали, Саргот претендовал на эту должность, но жители предпочли отца, поскольку он был не таким повёрнутым на традициях.

– И чёртовы фаргаровцы его убили, – говорю.

Хоб кивает.

– Он первым вышел к ним навстречу, а не прятался, как Саргот.

Хожу между друзей и односельчан, машу деревянным мечом из стороны в сторону. Почти все смотрят на меня в ожидании чего-то. Человек, который должен решить все их проблемы, но я не чувствую себя таковым. В данный момент я могу только создать новые.

– Гарн, – говорит Хоб. – Ты был искренним вчера вечером?

– Да, – отвечаю.

Хожу между людьми, сжимаю рукоять деревянного меча. Прохожу мимо Ройса – он кивает мне, я киваю в ответ. Арназ и Бегтед стоят рядом с ним и смотрят на меня с надеждой.

Детские обиды забыты перед лицом настоящего врага. Кровожадных убийц из-за хребта, что многие поколения мучали наших предков.

Я пришёл из другого мира, прожил тут не так долго, но уже считаю это место домом, а предков Гарна – своими предками. Теперь у меня много родственников, много друзей, люди, которые заботятся обо мне, а я о них. Дарграг дал мне то, чего не хватало прежде.

– Гарн, – говорит Брас. – Ты даже не представляешь, в каком бешенстве отец.

Он готов чуть ли не в одиночку отправиться за хребет мстить за друзей.

Понимаю Чемпина. Холган тоже всю ночь уснуть не мог, всё ходил по дому и сопел. Стоило им дать стальное оружие, как они почувствовали себя намного увереннее.

Иду вперёд, смотрю себе под ноги. Челюсть непроизвольно сжимается и разжимается. Положи мне между зубами уголь – получишь алмазы.

Вот-вот должен прийти Клифтон и начать наши упражнения, но это совсем не то, чем хочется заниматься в данный момент. Сегодня и стадион, и деревянные мечи, и копья без наконечников – всё кажется фальшивым, ненастоящим.

Они не могут удовлетворить внутренние желания.

Натыкаюсь на тренера лоб в лоб.

– Гарн, – говорит. – Я бы спросил, почему ты такой кислый, но я и так знаю.

– У меня огонь внутри, – говорю. – Мне хочется...

Поднимаю кулак и сжимаю изо всех сил. Клифтон кивает с пониманием.

– Понимаю. Все мы так себя чувствуем.

– Что мне делать? – спрашиваю.

– В этом я тебе помочь не могу.