Восставший.

Повозка сделала резкий поворот и центральная, широкая и чистая улица сменилась на мрачный переулок, куда повозка едва помещалась. В нос тут же ударил запах чего-то гнилого.

– Домой? – спросил Старый, не поворачиваясь к нам.

– Нет! – встрепенулся Ворон. – Туда сейчас нельзя.

Старый потянул поводья на себя, и мы остановились. Благо улица была совсем пустой и сейчас мы никому не мешали.

– Из-за Антона переживаешь? – предположил я. Других причин, почему мы не могли поехать на старое место, у нас не было.

– Да.

Он меня знает. И теперь знает, что я влез в это дело. А если уж влез, то теперь я для них такой же враг, как и ты, – он ткнул пальцем мне в грудь.

– Хоть меня они не видели, – Старый рассмеялся.

– Да-да, помолчи. Надо решить, куда едем.

– А есть из чего выбирать? – спросил я, чтобы хоть как-то прояснить для себя ту ситуацию, в которой мы сейчас оказались.

Ворон закусил нижнюю губу и достал из внутреннего кармана своей накидки трубку, но повертев её в руках, убрал назад.

– Есть один вариант, но мне он самому не нравится.

– Ты про неё?

Старый и Ворон явно понимали друг друга, мне же оставалось два варианта. Сидеть и гадать, о чём идёт разговор. Или спросит напрямую.

– Про кого? – я выбрал второй вариант.

Ворон выдохнул и потёр пальцами лоб, будто сама мысль о чём-то причиняла ему головную боль.

– В этом городе у меня немного знакомых. А те, кому я могу доверять, и вовсе пара человек. Один из них управляет этой повозкой.

Старый усмехнулся.

– А второй человек, её зовут Агата.

Но ты даже не представляешь, насколько с ней тяжело иметь дела.

– Почему? – мне хотелось узнать побольше о человеке, который представлялся нам единственным вариантом, где мы можем собраться и решить, что делать дальше.

– Во-первых, она живёт в районе группировок. Эти ублюдки буквально кишат там. А это означает лишнее внимание на наши задницы, – его явно раздражала даже сама тема этого разговора. – Во-вторых, она просто тяжёлый человек. Это так не объяснить, нужно самому увидеть.

Если кратко, она слишком привлекает к себе внимание.

– А кто она…в плане, кем работает? – я хотел получить больше информации.

Ворон усмехнулся.

– Она наёмник.

– И почему… – я попытался вспомнить слово, которым они обозначают группировки. И оно тут же пришло мне в голову. – Почему повязки её не трогают?

– Для части из них она выполняла заказы, другую часть подкупила для своих дел. Третью часть убила, когда они пытались заявиться к ней домой.