Браконьер

Если он до сих пор работал в том же месте, то открывшийся под моей квартирой излом будет использован в качестве экзамена в академии.

Игорь отвернулся, когда к нему подошел еще один СКИт с каким-то разговором. Я тоже ушел вглубь квартиры, не желая привлекать к себе еще больше внимания. Мне нельзя было раскрывать свою прежнюю личность, несмотря на то, что артефакт сработал с ошибками. А моя новая внешность имела схожие черты с моей прежней: светлые волосы и голубые глаза.

«Тело Шлятского будет найдено не позднее понедельника-вторника» – понял я, а я потерял ту перьевую ручку где-то в пожарище «Подковы», так что о связи орудия убийства и раной Шлятского на горле можно было не беспокоиться.

Оставив окно, выходящее на подъездную дорожку, открытым продолжил мониторинг новостей через подключенный к розетке смартфон. Как я и ожидал, мир за двадцать один год моего отсутствия практически не изменился. Телевизоры и ноутбуки стали тоньше, мелкий и средний бизнес ушел в интернет, некоторые другие изменения.

.. в целом я был готов к ним и не буду выглядеть белой вороной.

Круче всего изменились изломы: с исчезновением катастроф уровень опасности изломов повысился на порядок, так что появилось очень много новых законов, регулирующих входы и выходы из изломов. А еще – камеры видеонаблюдения. Если раньше видеонаблюдение было возможно только в ограниченном пространстве, то сейчас все изменилось.

В Шахтинском камер уличного видеонаблюдения почти не было. В Красноярске камеры следили за дорогами, государственными учреждениями и бизнесом.

Москва напичкана камерами, как лес – комарами. Входы в изломы тоже были под пристальным наблюдением, что упростило выявление фактов браконьерства и попыток ухода от налогов.

Браконьеры – бич моего времени. Официальные команды покорителей платили налоги в двадцать процентов от стоимости трофеев, а браконьеры вычищали изломы под ноль и не платили вообще ничего. Антибраконьерские законы и методики я знал наизусть. Разбуди меня ночью, и я, как отче наш, прочитаю любой пункт.

Двадцать лет назад все новостные источники пестрили сообщениями и фотографиями о том, что поймали очередную браконьерскую шайку или браконьера-одиночку. Но сейчас же... по моим запросам за последние пять лет было фактов обнаружения и поимки меньше, чем пальцев на одной руке. И что-то мне подсказывало, что дело вовсе не в высоком профессионализме браконьеров, а в камерах видеонаблюдения и высоким премиям гвардии одаренных быстрого реагирования.