Браконьер

С этими в излом – никогда! Обуза, не способная даже подумать, что в изломе могут быть какие-то небоевые сложности.

– На сколько рассчитан экзамен? – спросил я тихонько у Заболоцкого, подсев к нему.

– На двадцать четыре часа. Это максимально разрешенное время пребывания в изломах для недоучившихся охотников.

– То есть прошло уже около половины времени, а мы до сих пор даже не вошли? – уточнил я и получил уверенный кивок.

– Поэтому вы хотели, чтобы я помог с жемчугом? – спросил я, и тут до меня дошло. – С такой скоростью каковы шансы дойти до ядра?

– Ядро уничтожать не обязательно, но желательно.

Оценка будет выше. В таком случае вернемся к порталу и срежем специализированным инструментом.

Заболоцкий. Меня. Обманул.

Он мог просто выйти из портала и передать СКИтам, что я тут, и мне нужна помощь. Но нет. Он потащил меня вглубь излома, прекрасно зная, что я тот самый Теневский, который отличился на тестировании. К моей анкете была приложена фотография. А то, что он меня узнал, теперь я был уверен на все сто процентов.

– Увидев, что я открыл начальную стадию зрячести, вы решили меня испытать и узнать, на что я еще способен?

Мой вопрос, можно сказать, был риторическим, но Заболоцкий все равно ответил.

– Да, мне стало интересно.

Ну не гандон ли он после этого?

– Нашла! – крикнула Лисовская, и как жахнуло!

Я аж вздрогнул, как и все на привале. А я начал думать: раз уж эти студенты закончили третий курс, то учиться им еще один год. Они совершенно не готовы! Неужели империя так расслабилась за годы отсутствия катастроф?

Спрашивать про катастрофы я не стал.

Вдруг их существование в прошлом засекретили? Размах точно могли засекретить, а вот сам факт их существования могли оставить. Лучше было не рисковать.

С учетом новой информации, идти к ядру больше не имело смысла (для меня). Риск многократно превышал профит, так что я мог воспользоваться парочкой уловок и замедлить прохождение подземелья. Зачем я вообще рот раскрыл насчет пробоя?

Когда паника улеглась, я с не меньшим удивлением, как и сопровождающие охотники, увидел, что тихоня Виталий Шахов тот самый человек, о ком говорят "в тихом омуте черти водятся".

Не психопат, но пироман однозначно.

– Его уже проверяли у психиатра-менталиста. Все в норме, – успокоил меня профессор, а я пожал плечами и пошел к двум молодым дарованиям.

Устроить взрыв подобной мощи и с помощью тепла считать границу двух сред – это далеко не тривиальные задачки.