Браконьер

На выезде из города на трассу между кучки Сто схоронилось старенькое здание, переделанные под гильдию. Я нашёл его только благодаря свеженькому косметическому ремонту, что выгодно выделяло дом необходимого мне адреса от всех остальных в округе.

Дверь была открыта, и я беспрепятственно вошёл. В приемной сидели двое, явно нервничая. Их лица были настолько замученными от усталости и стресса, что я решил оставить свои шутки на потом.

– Мирослав Геннадьев. Оценщик. Можно просто Слава.

Вместо рукопожатия я протянул Михаилу Ретопова карточку-лицензию.

Самого Михаила я узнал по фотографии в Империале. В его части с функциями социальной сети. Третьей в приемной была женщина – жена Михаила, Марина.

– Михаил Ретопов, – представился глава и командир рейд-группы, взяв в руки мою карточку-лицензию.

– Марина Ретопова, – представилась женщина и приняла мою карточку-лицензия из рук мужа. – Я подготовлю черновой вариант договора.

Это явно была лишь отмазка, чтобы проверить лицензию Мирослава Геннадьева по общей базе покорителей.

Ничего большего такая маленькая гильдия все равно сделать не сможет. На это я и рассчитывал, рискнув купить чужие документы в даркнете.

– Показывайте, чем богаты, – по-хозяйски потребовал я. Ретопов скривился, но все же провел меня внутрь в складской помещение.

Первым делом я заметил клетку с двумя огромными игуанами на тонюсеньких ножках. Те подвывали, и уже на этом этапе мне все стало ясно.

– Этих нельзя засовывать в клетку с решетчатым дном. У них очень слабые лапы, небольшое давление, и мягкие ткани разорваны.

Грубо говоря, их лапы имеют ту же физиологию, что человеческий член. Так что эти двое сойдут только на кожгалантерею для богатых. Рублей восемьсот плюс-минус за живую тушку получить можно. Не советую ошкуривать самостоятельно. Слишком много нюансов. Продавать живых дешевле, зато точно купят.

Ретопов посмотрел на меня как на идиота. Я вернул ему тот же взгляд и горестно вздохнул. С охотниками всегда было сложно: не просто так собирателями становились только те, кто обладал даром памяти.

Дар памяти был компенсаторной функцией и проявлялся у тех, кто не развивал изначальный небоевой дар. То есть, дар памяти мог бы развить и охотник, но пробужденным с боевым даром не хватало ума подождать, развить дар памяти и уже после развивать боевой дар.

Либо я просто был единственный, кто обнаружил, что дар памяти – это компенсаторный дар, а не изначальный. Притом не всем одаренным, но непробужденным удается получить эту компенсацию.