Тысячелетний воин Ярополк

Раньше я мерил его сутками, то есть теми мгновениями, когда тьма и свет «соутыкаютися», сталкиваются меж собой, и для меня были только утро и вечер, полночь и полдень. В Царьграде узнал, что ещё можно делить день и ночь на часы. Здесь же есть минуты и секунды. И всё так сложно.

Мои раздумья прервал звон дверных колокольчиков.

– Мы не работаем, – вежливо произнёс вампир с тщательно выверенной улыбкой на губах.

– Сева, это я, – произнесла высокая красивая девушка, скользнув внутрь с большими пакетами в руках. 

Я легонько кивнул, когда она оглядела нас.

– Маша, подойди, – прошептал Всеволод дрогнувшим голосом и протянул в сторону входа руку.

– Что случилось? – повторила девушка, ставя пакеты на пол. – Я купила всё, что заказал. И ликёр, и мраморную говядину, и форель тоже.

– Подойди, – прошептал Всеволод, а я нахмурился и легонько отстранил от себя Мурку, которая, свернулась калачиком и уже успела задремать.

Лесная дева тоже нахмурилась и цепким взором впилась в гостью, словно ждала какого-то подвоха.

Стоило Маше подойти, как вампир совершил невероятно быстрый бросок и впился в горло. По коже жертвы побежала тонкая тёмная струйка.

Я вскочил, готовясь вступиться за жертву. Но судя по тому, что она не сопротивлялась, всё так и должно было произойти.

– Не так быстро! – выкрикнула девушка, закатив глаза, и зашептала счёт. – Два, три, четыре.

Когда дошло до семи, она начала вырываться.

– Отпусти! Хватит! Мы так не договаривались! Не надо!

Я бросился вперёд и не раздумывая сунул палец между челюстей упыря, растягивая край рта, и даже было боязно, что порву до самого уха.

Всеволод с шумом втянул воздух, словно хлебал горячие щи из кипящего котелка, а после этого я чуть сам не закричал, когда зубы сомкнулись на моем пальце и прокусили до мяса.

– Отпусти её! Ты меня слышишь?!

Но вампир словно сошёл с ума. Он пил и пил. Пришлось несколько раз ударить. Человек бы уже потерял сознание, а этот лишь зарычал, как пёс у миски, и только тонкая струйка крови текла из зазора, где просунут мой палец.

Девушка же больше не кричала и лишь вяло шевелила губами, побелев, как труп.

Я сперва хотел достать один из своих метательных ножей, но потом ухватил волшебную палочку, точащую из кармана вампира, сунул этот тонкий стержень меж зубов и начал разжимать челюсти, как дурной собаке на охоте на дичь. Как только удалось, оттолкнул девушку, сразу же упавшую на пол. Она едва соображала, что происходит, и держалась за прокушенную шею.