Тысячелетний воин Ярополк

Сейчас же её преследуют, желая пленить или убить. Поверить? А если она нежить, которая очень ловко дурит мне голову? Если просто ждёт случая, чтоб поквитаться за неудачу, которую потерпела в супермаркете? Но ведь простая нечисть не знает того, что говорила эта дева.

– Вот дерьмо, – процедил я и несколько раз стукнул кончиком меча по полу. – Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

В дверь с силой постучали, а затем раздался громкий голос.

– Откройте, полиция!

Я глянул на почти неразличимую лесную деву, тихо выругался, а потом ответил.

– Не заперто!

Дверь сразу открылась и в неё вошли два полицейских, держа наготове оружие, которое называется автоматом. Они сосредоточенно оглядели помещение, и в то время, как один остался у порога, держа палец на оружии, второй начал обходить стоя́щую в гараже машину.

– Вы не видели ничего необычного? – задал он вопрос, подёргав ручку уазика. 

Та была не закрыта, чем стражник и воспользовался, сунувшись внутрь.

Я опустил взор на меч, а потом перевёл его на стену, у которой стояла вжавшаяся в кирпич лесная дева.

При желании можно различить очертания её тела, но это надо знать, куда смотреть, а полицейские не знали. Стоя́щий в дверях даже не повернул в сторону неподвижной гостьи голову.

– Для меня всё необычно, – медленно проговорил я, заставив полицейского недовольно скривиться.

– Уточню. Ходячий труп не забегал?

– А сами-то видели такое? – ответил я вопросом на вопрос и натужно улыбнулся. 

Полицейский ещё больше скривился и сунулся в заднюю дверь машины, но, само собой, ничего не нашёл.

Он долго осматривал тесную конуру, в которой можно лёжа на диване стукнуть ногой по зелёному боку машины, и приходилось протискиваться от столика с компьютером до ютящихся в дальнем углу умывальника или до холодильника.

А псы все вынюхивали у косяка, но стоило псарям попытаться затолкать их внутрь, начинали жалобно скулить. Полицейские то покрикивали на ищеек, то хлопали спинам, но ничего не могли поделать. Вскоре они сдались и ушли.

Как только дверь захлопнулась, лесная дева перестала быть невидимой и упала на колени. После длительного молчания с направленным в потолок пустым взглядом она дотронулась рукой до раны на колене, испачкавшись в проступившей сукровице, а потом поддела пальцами толстую нить, которой были стянуты края разрезанной плоти.

– Надо починить тело, – прошептала она. – Нужно мясо. Много мяса.

– Почему ты пришла именно ко мне? – тихо спросил, направившись к холодильнику.