Граф о’Манн

Проще — как делал до этого я, сосредотачивая силу в ладонях. Но это не единственный способ. Энергия из кристалла передается вам, а дальше уже используется в зависимости от мастерства. Конечно, есть свои пределы, но это уже подробности, в которые мы с вами будем погружаться по мере обучения.

Поднявшись с земли, я кивнул.

Он меня обхитрил! Стоило подумать, что разгадал все уловки, как оказалось, что это и была одна большая уловка.

— На сегодня закончим, — сказал дворецкий. — Мы хорошо потрудились.

— Но я даже ни разу не применил амулет! Я не смогу защититься в настоящем бою.

— Напротив, вы даже без амулета преуспели! Смогли уклониться, и не один раз. Тот, кто сильно полагается на магию, проигрывает еще до начала поединка. В излишней самоуверенности кроется большая слабость. Против вас будет представитель одного из самых сильных графств в городе. И если вы будете не способны избежать атаки, не применяя амулет, то наверняка проиграете. Завтра мы поменяемся с вами местами. Атаковать будете вы, а я покажу, как можно выиграть бой без единого удара.

Последний факт за ваши старания — долгое использование амулетов истощает, и чем сильнее заклинание, тем больше последствия. Порой — смертельные. Никогда не забывайте об этом.

***

Когда мы закончили, то я чувствовал себя ужасно: тело ломило, ноги подкашивались, кости ныли. Казалось, меня в спешке разобрали по мелким кусочкам, затем собрали, внезапно обнаружив недостающие детали.

Мысль, что обучение повторится завтра, и закончится только в канун дуэли, прошибла меня насквозь тем электрическим разрядом, которое иные назовут шоком.

Если бы не тело молодого графа, то я и вовсе бы продолжил лежать на пыльной земле, хватая ртом воздух. И пусть телесно я еще был способен к такого рода приключением, то духовно уже себя исчерпал. Настоящий «я» с ужасом смотрел за царящими событиями, равно как и предвкушал мероприятия. Где-то в сознании теплилась несбыточная надежда на размеренные вечера у камина с теплым пледом. Другая же часть, напротив, рвалась к победам, утверждению власти, соперничеству с графами.

Обе они тянули короткий плед на себя, норовя его если не разорвать, то измять так, что проще его бросить в камин, чем попытаться укрыться.

Я и сам бы прыгнул в камин, если бы знал, что подобно фениксу, перерожусь в новом теле. Например, в младенца, у которого единственная забота — покушать.

Отворив входную дверь, я проследовал к гостевым покоям.

Схватившись за ручку, услышал легкое покашливание.