Граф о’Манн

— Хотите схлестнуться? — рассмеялся граф Лихтенштейн, одаряя меня звериным оскалом. — Если проиграете, то сгорите в моем пламени.

Намек был ясен. Краем глаза я заметил Маннов. Они пытались до меня докричаться. Кажется, я слышу слова протеста? Просят остановиться? Не верят в меня?

Аделаида, Одетта, дядюшка с матушкой, они все требовали прекратить сражение, и только Штрудель сотрясал кулаком воздух, желал продолжения. Верный вассал…

Пальцы обжигало так, будто я запихнул руку в костер. Лицо преобразилось болью.

Хуго ждал. Это была не вся его сила. По всему видно, что он не жесток, что хочет получить победу, не замарав рук. Благородно, похвально, и как любят аристократы, очень малодушно.

Но я не такой. Я готов идти до конца, каким бы незавидным он был. На карту поставлено слишком многое, и вопрос даже не в услужении графству Лихтенштейн, и совсем не в маячившей смерти, а в том, что меня не устраивал порядок вещей.

А я был не из тех, кто с ним смиряется, низко опустив голову.

Этой причины более чем достаточно, чтобы одержать победу.

Никаких поклонов, никаких уступок, только уверенность в собственных силах, даже если заранее ясно, что они не равны.

Начало боя не определяет его конец, но тот самый миг перед финалом, выявляет победителя. И я свой шанс не упущу. Я сотру усмешку с самодовольного лица надменного аристократа.

Сосредоточив магию в пальцах, я впился в руки графа Хуго, взревев от невыносимой боли.

Мое тело буквально горело. Тонкая броня уже не могла держать вражеский напор.

Послышался треск: прозрачная магия дала трещину. Наши амулеты запылали, ослепляя многочисленных зрителей.

Глава 14

Зрители повскакивали со своих мест в попытках разглядеть сцену боя.

В воздух поднялся столп пыли, скрывавший участников дуэли.

Амулеты погасли. Магия пропала. Поединок кончился.

Победитель определен, но аристократам и буржуа он еще не был представлен. Из пыли рождалась интрига.

Наконец, стали прорисовываться нечеткие образы. Высматривался силуэт.

Пока слабо, и требовалось большое усилие, чтобы хоть что-то разглядеть, но зрители подались вперед, затаив дыхание.

Ни единого звука не донеслось, пока пыль не рассеялась, и зрители не увидели меня, склоненного над Хуго. Из обоих носов брызнула кровь, а на моем лбу отпечатался след от удара.

Голос Себастьяна возвестил:

— Победителем магической дуэли объявляется граф Томас Манн, — подойдя к Хуго, дворецкий нащупал пульс, а затем произнес.