Магистр Д.У.М.

— А мне насрать, что Думов помер, — доносится до меня голос. — Так ему и надо. Дебилом был.

Охренеть. Стерпеть такое я просто не могу.

Поворачиваюсь и вижу двух парней. Один коренастый и темноволосый, другой худой и высокий, с обесцвеченными волосами и в круглых тёмных очках. Модник, типа.

— Во-во, — поддакивает он. — Дум весь универ бесил. Я даже рад, что его кончили.

— Ну дык! — крякает темноволосый. — Он ведь ваще отмороженный был. Вот и завалили. Правильно, мля, такой мудак не должен в универе преподавать.

— Это не тебе решать, придурок, — говорю я, оказываясь рядом.

— Ты охренел, урод? — парниша моментально закипает и сгребает меня за воротник. Дёргает на себя, аж ткань трещит. — Чё, в рыло хочешь?

Хватаю его за запястье, применяю огненный конструкт. Студент охает и отдёргивает обожжённую руку.

— Чё творишь? Бессмертный, что ли? — рычит он и сжимает кулаки.

— А я его знаю, Саня, — говорит белобрысый. — Это Могильный с первого курса. Лошара конченый.

— Прикуси язык, принцесса, — отвечаю я.

Модник снимает очки и смеётся.

— Ты что, Могильный, страх потерял?

— Ага, типа. Значит, так, — говорю я, поочерёдно вонзая взгляд в двух дружков. — Сейчас вы, говноеды, извинитесь за то, что говорили про магистра Дума.

— А если нет? — громко спрашивает Саня и толкает меня в грудь.

Вдруг становится тихо. Бросаю взгляд по сторонам и вижу, что вокруг нас собралась толпа зевак. Мемориал в мою честь уже не так интересует студентов.

— А если нет — то вызову тебя на дуэль. За оскорбление, — отвечаю я.

В ответ раздаётся смех. Ржут не только два дружка. Смеются все. Целая рекреация, несколько десятков студентов угорают надо мной.

— Что смешного? — я развожу руками и верчусь, осматривая всех. — А? Кто-нибудь способен ответить?

Блин, говорю как магистр. Ну, привычка, куда от неё деться.

— Ты же лошара, — говорит белобрысый.

— Базара нет! — сквозь смех поддакивает кто-то.

— Какая дуэль, Могильный? В могилу захотел?

Новый взрыв смеха. Твою мать, как унизительно. И ведь прямо сейчас не сделать ничего.

— Димочка, не надо! — притворно жалостливым тоном говорит та рыженькая с классной задницей. — Я буду плакать, когда тебя убьют!

— Закройся, стерва, — отвечаю я. — Все заткнитесь на хрен! Из-за вас мне извинений не слышно.

Кто-то продолжает смеяться, но часть студентов напрягается. Другая часть наблюдает с интересом. Ещё бы.