Безумная комедия Орочимару

Хуже всего, но в то же время лучше, в борьбе с нечестью показал себя Путь Преты. Он смог относительно эффективно отгонять демонов от себя и других. Но как только попытался их поглотить, то ситуация повторилась как в случае с Путём Асуры, за тем исключением, что контроль взял не целый рой, а лишь трое демонов.

Поэтому, по выше описанным причинам, Нагато и не решился использовать силу Пути Человека против этого тумана, опасаясь, что ситуация повториться как в двух предыдущих случаях. Но так как главная особенность этого сосуда Пейна была бесполезна, он стал лёгкой добычей для противников.

Путь Асуры, которым теперь управлял демонический рой, просто напросто разорвал Путь Человека на две части.

Бой только начался, а члены Акацики уже понесли столь тяжёлые потери. Конан обдумывала стратегию битвы против таких необычных противников, как вдруг осознала нечто ужасное.

– Нагато! – кричала девушка. – Тот, кто ушёл, он направился за тобой! – она была сильно обеспокоена открывшимся.

– Иди, я здесь разберу.

.. – через Путь Нараки отвечал Пейн, но замолк, как только увидел возникшего за Конан Орочимару с жёлтыми глазами. – Берегись!

Пердупреждене Нагато было запаздалым. Рамиель нанёс удар костяшками ладони по плечу девушки, отправив её вниз. Она врезалась в пол помещения, потеряв сознание. Лицо Пути Нараки приобрело мрачны оттенок. Он призвал Короля Ада, чтобы воскресить уничтоженные Пути Пейна.

– Король Ада значит... – с отвращением посмотрел Рамиель, – ну и мерзость.

На поясе Князя материализовался меч, хаудеген, с золотым черепом на эфесе.

Как только он прикоснулся к рукояти, на его руке появилась перчатка из чёрного металла с золотой выделкой.

К этому моменту Путь Нараки вернул в строй Пути Дэвы и Человека.

– Знай своё место, божок, – угрожающе произнёс Князь Ада, вытащив лезвие из ножен на два сантиметра, после чего тут же задвинув его обратно.

В следующий миг в пространстве, где находились три Пути Пейна, стала появляться трещина. Нагато уже не успевал спасти всех, поэтому уклонился только Путём Дэвы.

Принял он именно такое решение интуитивно, не сознательно. В мгновение ока от этой трещины начали образовываться другие, но более маленькие. Всё, что попало в область этой пространственной паутины ничего не могло сделать – даже мысли в ней замирали. Затем она, будто битое стекло, разлетелось на кусочки, со всем, что отражалось в ней.

Хоть Путь Дэвы и уклонился от этой атаки, но полностью невредимым он не ушёл.