Светлейший-2. Сила не по рангу

Мы вывалились на ночной петербургский ветер, где нас уже ждал тот самый придворный. На двух автомобилях нас перевезли через мост и всполошили охрану появлением дворцовых автомобилей.

Все мы валились с ног от усталости, и я был готов рухнуть в кровать прямо в одежде. Но в холле пришлось задержаться.

Чуть заспанная Яна подала на подносе письмо.

— Пришло сегодня вечером, официальное. На имя Алексея Иоанновича.

Я вскрыл тисненый конверт и развернул лист, а затем поднял глаза на матушку.

— Мое Испытание назначено на послезавтра…

Глава 2

— И не смотри на меня так, — я подкинул в воздух длинную жареную картофелину, и Чуфта схватила ее на лету.

— Гааа!

— Знаю, что поздновато. Но у меня были другие дела, если ты не заметила. Зато картошка здесь отменная.

Я купил две порции размера XXXL в фастфуде возле парка. Чуфта не поверила своему счастью и едва не вырвала первую коробочку у меня из рук. Пришлось шарахнуть наглую чайку небольшим зарядом эфира, чтобы пришла в себя.

— Вот, держи еще. Только лови лучше!

Наверняка редкие прохожие считали меня новым городским сумасшедшим. Но мне было плевать — долг платежом красен, а Чуфте я и правда задолжал. Чайке доставляло удовольствие ловить подброшенные в воздух ломтики. Тем более, что я приправлял их энергией Искажения, которую снял с тела Зотова и артефакта из детской цесаревича.

— Ну что, дорогая, пора тебе немного поумнеть и стать более полезной.

Чуфта недовольно на меня уставилась. Дескать, у нее тоже отпуск. И вообще, птицей быть весело, потому что никто не поймает. Издевайся в свое удовольствие.

— Дорогая моя, отдых отменяется. Мы тут пытаемся мир спасти вообще-то.

— Гааа!

Какие-то подростки-гимназисты пялились на нас. Видимо, их впечатлил фокус с подбрасыванием картошки. Впрочем, повторять это я бы никому не рекомендовал: мы-то с Чуфтой были связаны, а вот на остальных она гадила во всех смыслах этого слова и ни с чьим мнением не считалась.

А ведь когда-то были времена, когда Чуфта могла перевоплощаться в красивую девушку. С весьма внушительными боевыми талантами. И кое-чем еще, не менее внушительным. Но стервозных характер никуда не девался. Разве что пакости становились изощреннее.

— Ты что, приручил чайку?

Я обернулся на голос сестрицы. Таня облокотилась на кованый парапет набережной.