Грозовая охота. Том 2. Турнир

Акс не сразу научился использовать Глас, и заклинал как и все. Я взяла самую простую, выточенную из цельного куска белого нефрита, с алой кисточкой на конце.

Сложнее было с Хранилищем. Зайти незаметно я смогла, а выходила долго – слуги постоянно сновали в нижних коридорах. Теперь круглый медальон на толстой цепочке с литерой V лежал во внутреннем кармане. Моя гарантия того, что я смогу зайти, и, что самое важное, выйти от Серых целой и невредимой. Они всегда чтили такие традиции. 

Плечо и спина болели, но выхода не было, и я напилась зелий, и наложила сразу две печати, чтобы анестезии хватило до вечера.

Демон с этим выздоровлением за декаду, но я не могу показывать слабость. Если почуют кровь, слабину, порвут сразу, не доходя до переговоров. Разговаривать можно только с равными, а не с тем, кто является добычей.

Фей-Фей пришлось уговаривать почти двадцать мгновений, но она так и не уступила. 

– Если бы там была ты, а не Сакрорум, я бы тоже пошла, Фей, – я повторяла аргументы по кругу в десятый раз.

 

– Нет, Вайю, – Фей сердито качала головой. – Тебе вчера было мало? Из-за этого горца…

– Не из-за него, а из-за собственной глупости. И того, что было в паланкине, – добавила я, подумав. – Нике не причем. Фей, я готова поставить на то, что это звенья одной цепи, – интуиция внутри выла сигнальным артефактом, что и уничтожение купола защиты, и вчерашний взрыв, связаны. Насчет шахт и диверсии у Арки недостаточно информации, но я знала, кого можно раскрутить.

Хэсау приедут сегодня. – И я одела, видишь, – я растопырила пальцы, все сплошь унизанные перстнями. – Не один, а два, два купола, Фей. И, – я достала из внутреннего кармана узкую черную палочку, которую взяла из Хранилища, – ведь выдержало Око…

Я не собиралась говорить Фей, что артефакты придется снять. Все. Серые не пропустят внутрь Высшего, с ног до головы увешанного боевыми цацками. И про Серых не сказала тоже.

Фей-Фей знала только то, что за Нике просят выкуп. Прийти – отдать – забрать.

Все просто и быстро, но она все равно была против.

– Ты просто посидишь, – уговаривала я. – Оденешь, – ещё утром мы вычислили, что сигналку Луций тоже привязал к одному из моих колец. – Запрешь дверь, и никому не откроешь, пока не вернусь.

– Если вернешься, Вайю.

– Фей! Вот записи, – я пододвинула к ней две пирамидки. – Тут «не мешать, не беспокоить, пошли вон, закончим и откроем», – я записала свой голос, если Фей будут сильно доставать.