Аспект белее смерти

Громила развернулся и повторил бросок, на сей раз я пнул его в бедро и наметил удар, но не ударил, только это и уберегло руку от захвата.

Чудом отдёрнуть успел!

Бугай втянул голову в плечи, выставил перед собой кулачищи и двинулся ко мне уже безо всякой спешки. Я ударил, не попал и отступил, потом вновь скользнул в сторону, решив закружить противника и потянуть время.

Три минуты! Надо продержаться три драных минуты!

Зрители разразились свистом и презрительными криками, мне было на этих уродов наплевать.

Тут бы на удар не нарваться и в лапищи этому дуболому не угодить!

И — нарвался! И — угодил!

И ведь даже не прозевал очередной рывок противника, просто именно в этот самый момент переступал с ноги на ногу и среагировать на него не смог. Встретил Чумазого прямым правой, но кулак скользнул по скуле, бугай только головой мотнул и врезал в ответ. Небрежно вроде как — будто от надоедливой букашки отмахнулся. Я принял удар на приподнятое плечо, и руку отсушило, а в следующий миг Чумазый дотянулся до меня пятернёй!

Был бы в рубахе — пропал бы, ну а так вывернулся и отпрянул назад!

Увы, разорвать дистанцию не получилось.

Раскрасневшийся бугай заработал кулаками, пришлось закрыть голову предплечьями и попятиться, ныряя корпусом то вправо, то влево, не позволяя противнику ни сблизиться, ни примериться и врезать в полную силу. Руки вмиг налились свинцовой тяжестью, а Чумазый всё молотил, молотил и молотил. Сипел надсадно, далеко не всегда попадал, а если попадал, то не слишком точно, зато лупил от души.

Вскоре он запыхался и вновь попытался меня облапить, я отшатнулся и сразу качнулся обратно, выкинув вперёд кулак. Хлюпнул рассаженный нос, а следом прилетело уже мне. По уху словно доской врезали! Голова пошла кругом, ноги подкосились, но — устоял.

Три минуты! Три!

Меня качнуло, под рёв зрителей я сделал несколько неуверенных шагов в сторону, лишь чудом восстановил равновесие и не завалился на усыпанный опилками пол, но и только. В голове плыл звон.

Звон, звон, звон...

Чумазый обтёр залитое кровью лицо, взревел и попёр на меня буром. Начать бы кружить вокруг него, да только на ногах едва держусь, тут не до танцев.

Небесная энергия?

Лихорадочным усилием я потянул её в себя, но вдохнул лишь воздух.

Три минуты? К чёрту!

Я шагнул навстречу Чумазому, толкнулся ногой, передал это движение корпусу, довернул его и выбросил вперёд руку, а попутно выплеснул из себя злость и страх, всё разом.