Чёрному коту повезет

Сука! Эти рюшечки и мамины панталоны я узнаю! Этот паскудный граф пытается меня утопить, держа за волосы.

Зараза, слишком мало воздуха, чтобы драться. Я зачерпнул ила со дна и что есть силы сунул Дантесу в нахальную рожу.

Он взвыл. Каскад пузырей вырвался из его рта, а я смог выкрутится из хватки. Я сейчас выберусь, отдышусь и утоплю этого мудака, засунув обувь Бегемотиной ему в глотку.

Планы мне обломали. Мои руки и ноги сковали цепи, сверкающие от магии в воде! Что за черт?! Глаза Дантеса кровожадно горели и источали ауру жажды убийства.

Он рывком со мной сблизился. Его лицо исказила ядовитая улыбка. Холодные пальцы графа сжимали моё горло, и только сейчас я заметил медальон на шее ублюдка. Маленький, неприметный. Но с одним до боли знакомым символом. Ордо Люмпен?!

Лицо моего убийцы расплывалось, мне катастрофически не хватало воздуха.

Проклятье! Я не отдам свою жизнь так просто. Черномор этого не оценит.

– Начальник, - прозвучало в моей голове, – используйте трость!

Трость выскочила из моей тени и с размаху ударила набалдашником снизу в челюсть Дантеса.

Отличный апперкот, Нуар. Сам бы лучше не сделал!

Граф потерял концентрацию. Цепи исчезли. Но сил у меня уже не осталось.

Глава 14

— На моей памяти это будет самая нелепая смерть, мистер Вейн, — предо мной явился лик Ноктуса Черномора. Он как обычно улыбался, — утонули. Как маленький котёнок в мешке.

— Ещё нет! — пробулькал я, а образ Черномора всё мельтешил перед глазами.

Адреналин в сочетании с мотивацией не терять одну из восьми жизней, дали мне сил на последний рывок.

Я грёб на поверхность так быстро, как никогда прежде. Свет луны на водной глади, манил меня как маяк.

Я выберусь. Вопреки всему!

К тому моменту перед глазами я уже не видел ничего, кроме непроглядной темени, в гуще которой светились кошачьи глаза. Черномор будто хотел моей смерти! Или желал чтобы я что-то ему доказал.

Ну так я тебе докажу. Выживу, как пить дать выживу!

Я кое-как всплыл и стал жадно глотать воздух. Ох, ещё бы чуть-чуть и пипец котёнку…

Забавно, что в такой ситуации я не выронил туфельку Лизы.

Она по прежнему была у меня в правой руке. Это ли не мёртвая хватка?

Кажется, все уже сошли на берег кроме меня. Даже чертов Дантес! Это сколько же я пробыл в воде… Наверно только благодаря удачи и рефлекторному приливу маны в лёгкие, я вообще выжил.

Мокрый, замерзший и уставший, я забрался на пристань. Не без помощи друга! Максим Ежов был единственным, кто решил мне помочь.

— Спасибо, — кивнул я кудрявому.