Восхождение князя вампиров

В ответ призрак пожала плечами.

– Не помню. Думала, что ты знаешь.

В моей голове тоже имени не нашлось. Все, что мне удалось вспомнить, – это как князь купил зеркало у странствующего торговца многие годы назад.

Так, тогда выкручиваемся на ходу. Не может же все быть так безнадежно. Я обошел зеркало со всех сторон и внимательно изучил деревянную раму.

С тыльной стороны нашлись вырезанные цифры, которые оказались датой жизни. Сами по себе они ни о чем не говорили. Разве что о том, что девушка прожила не больше тридцати лет.

А вот имя... Имя нашлось в самом низу корпуса и почти стерлось, но прочитать его еще можно было.

Для надежности я обновил кровь на мече, а затем протянул руку в сторону призрака.

– Силой своей крови, я освобождаю тебя – Эвелин – от заточения в зеркале и привязываю к этому неприлично длинному мечу.

Глава 2

Мрачная оружейная. Я стоял с окровавленным мечом наперевес в ожидании чуда.

Эвелин, в зеркале напротив, затаила дыхание и ждала чуда не меньше меня.

Только вот ничего не происходило.

Хотя ритуал был проведен в точном соответствии с той скромной инструкцией, которую я получил от призрака.

Чего-то явно не хватало в нашем таинстве.

– Может быть, добавить еще крови? – задумчиво предложила девушка.

– Или имя не твое.

– Нет, имя точно мое. Я его вспомнила.

Что тогда нам остается? Я сосредоточился. Погрузившись в глубины сознания, я постепенно смог установить связь со своей кровью внутри тела, а затем – с той, что я нанес на лезвие меча.

Кровь на клинке вскипела.

Темно-алый пар поднялся в воздух и окутал зеркало. Стекло треснуло. Когда оно со звоном рассыпалось, лишенная зеркальных оков Эвелин наконец смогла покинуть свой старый сосуд.

Девушка изящно протянула руку и вложила в мою раскрытую ладонь.

– Наконец! – от души обрадовалась она и сделала несколько шагов вперед.

Ее шаги были скорее жестом, чем необходимостью. Девушка не коснулась пола. Паря по воздуху, она приблизилась ко мне.

– Я никогда не забуду, что ты для меня сделал, – она благодарно поцеловала меня в щеку.

От прикосновения призрачных губ по коже пробежали морозные мурашки.

Рассыпавшись в благодарностях, Эвелин перекочевала в заготовленный для нее двуручный меч. Клинок засветился и задрожал. Вибрация была такой сильной, что я едва не выпустил его из рук от неожиданности.

Ронять Эвелин на пол в такой важный момент мне показалось крайней степенью нетактичности. Чтобы удержать меч, я как можно крепче сжал пальцы на рукоятке.