Китан 4: Архипелаг забытых островов

А вскоре и от нас останется лишь упоминание в книге предков. Да и то, станут ли вносить в книги имена тех, кто заигрывал с тьмой.

- Вы ошибаетесь, дядя. Предки на нашей стороне! – Горячо возразил юнец. – Вот увидите, они не позволят этим варварам, объединившимся с чужаками, захватить оплот своих самых верных детей.

- Предки уже давно отвернулись от нас, мой мальчик. А ты все еще надеешься на чудо. – Усмехнулся гоблин. – В хрониках нашего народа, в толковании слов предков Шава, было ясно написано - не протягивай свои руки ко тьме.

Воды священной реки не станут нести души тех, кто запятнал себя злом. А этот мерзкий червяк ви Гангар погрузил нас в самые пучины тьмы. Он принял помощь темных магов, обратил против своего народа их магию, осквернил священные земли народа Шава.

Со стороны осаждающих раздался чудовищный треск. В воздухе возникли десятки фигур огненных элементалей, обрушивающих море бушующего пламени на поселение. Тонкий, едва держащийся от недостатка манны защитный барьер, был не способен остановить такой чудовищный удар.

Огонь обрушился на жилые постройки, на спешащих по улицам гоблинов, волнами жара растекаясь по улицам, поглощая на своем пути все живое.

- Гляди, дядя, они выстраиваются для штурма. Предки, да сколько же их там?! – Темно-зеленые губы гоблина посветлели, зубы невольно стучали друг о друга от страха.

- Это расплата, мой мальчик. Все эти гоблины из разных племен. Пришедшие под наши стены от самых дальних уголков леса. Они объединились с одной единственной целью и эта цель - уничтожить отступников.

- Мы не отступники, это они пришли на наши земли.

- Скажи это тому выб…ку Гангару, ставшему союзником тьмы.

- Тогда, зачем мы сражаемся, дядя? Пускай ви Гангар сам с ними раз…

- За нашими спинами женщины, дети, старики. – Тяжело проронил гоблин. – Погляди, они ведь еще тушат пожарища. Они надеются на чудо… проклятье, к бою!

…

Между тем, на капище у самой окраины поселения царила небывалая суета. Немногочисленные гоблины перебежками бегали от одного угла дома великого шамана к другому, собирая в мешки и баулы его вещи и книги.

С окон снимали дорогие шторы, из перевернутых тумб извлекали серебряную и золотую посуду, снимали со стен картины.

- Наступающая армия пошла на штурм, учитель.

Сидящий со скрещенными ногами шаман, скинул с себя оковы транса, разрывая свою связь с духом воздуха, через которого наблюдал за разгорающейся схваткой.

- Боюсь, защитники не смогут удержать стены.