Эй ты, бастард!

Риск будоражил!

Момент в момент я успел переключить последний энергопоток, как сзади с грохотом отворилась дверь и раздался озлобленный выкрик:

— Руки за голову! Стоять, не двигаться!

Глава 5

— Ах ты сволочь… — в глазах коменданта Фрунзе проскочило осознание того, что я только что восстановил нормальную работу Перехода. И этим полностью разрушил его планы.

Стоящие рядом с ним бойцы не опускали нацеленных на меня ружей.

— УБИТЬ ЕГО!

Моя телекинетическая волна в последний момент поднялась снизу, отведя прицелы ружей в потолок.

Второй волной телекинеза я отбросил всех в стены, игнорируя пронзившую голову боль.

Только комендант Фрунзе устоял на ногах. Вокруг него вспыхнули зеленоватые всполохи — видимо был какой-то из подвидов защитной магии.

Позади меня щёлкнуло. Из Перехода вывалилось несколько солдат с ружьями и обнажёнными шпагами. У них была совсем другая форма, во отличие от бойцов заставы — чёрная.

— Что происходит, Изнанка вас раздери?! — крикнул один из вбежавших.

— Измена, — жёстко пояснил я. — Комендант Фрунзе перенастроил Переход на другую точку и изолировал её от Владивостока.

— Это ложь, — рыкнул Фрунзе. — Ублюдкам нет никакой веры, даже не рассчитывай.

— Так, всем оставаться на своих местах, — скомандовал офицер. — Руки вперёд, поговорим уже в…

Фрунзе двинул рукой. В воздухе рассыпался блестящий белый порошок, который тут же взорвался чередой вспышек, ослепившей всех.

Но не меня.

Все прикрыли глаза. Но я, с помощью Чутья, знал где Фрунзе. Он со всех ног бросился прочь.

И я устремился за ним следом, быстро промаргиваясь. Перед моим взглядом тоже ходили светлые пятна, так что я не мог на полную использовать псионику. Но мог преследовать беглеца.

Выбежали наверх, где он тут же поднял крик. — Вторжение! На нас напали из перехода, все к бою!

Но проблему решил проснувшийся Зырик, он просочился сквозь карман и дал мне полную картинку.

Сможет ли Зырик пропустить псионическую силу?!

Я сосредоточился от его взгляда и без проблем схватил Фрунзе за горло телекинетическим хватом. После чего спокойно подбежал и приставил лезвие шпаги к шее Фрунзе.

Растерявшиеся бойцы застыли с винтовками наперевес. Но не могли стрелять по мне, без риска задеть своего, как они думали, коменданта. Он стал неплохим щитом.

А потом из переходной вывалились уже и солдаты с лицевого мира.

Началось разбирательство.