Героика. Сага о не очень хороших людях

И что с того?

— Суть в том, что каждый месяц печатается свежая гора таких книг о похождениях очередных героев, которые убивают очередных драконов, разгоняют очередные полчища нежити и вызволяют очередных сисятых принцесс, на которых, разумеется, затем женятся. Все в подобном духе. И тысячи олухов обоих полов читают эту макулатуру с разинутыми ртами.

Рано или поздно среди всей этой толпы выискивается один, который решает, что он сам ничем не хуже и тоже может стать героем, о делах которого будут слагать легенды, сочинять баллады, ну и, конечно же, про которого напишут его собственную книгу.

Только вот есть одна загвоздка.

Ни один из этих доморощенных героев ни в одном из этих гребаных романов не совершает свои подвиги в одиночку. У него всегда должны быть помощники. Маги. Наемники. Воры, способные взломать сундук или заметить ловушку в древних подземельях. В общем, второстепенный и легко заменяемый сброд, что в последний момент спасет главного героя от гибели,понесет на себе его лишний грузи в случае надобности может быть пожертвован в угоду придания истории драматизма.

Это и называется эскортом — команда, сопровождающая героя в его приключении.

— Постойте! — встрепенулась Дана. — Вы хотите сказать, что нам придется рисковать своими жизнями?!

— Издеваешься, Твоя Светлость, — засмеялся Хиггинс. — Оглянись вокруг! Это же Козель — восточное побережье. Сонное царство, где никогда и ничего не происходит. Уж поверь мне, все настоящие сокровища, монстры и приключения лежат на Западе.

Обернувшись через плечо, он махнул в спину гарцующему лорду Генри.

— Благо нам достался идиот, который этого не знает...

***

Перевалив через холм, телега начала спуск в лощину. По ее дну, в окружении сосен, дубов и вязов, струилась небольшая речушка — настолько тоненькая и мелководная, что издали ее можно было принять за ручей. На берегу расположился особняк. Мрачный и трехэтажный, с приземистыми башенками и треугольной крышей, он возвышался в самом центре низины. Поросшая мхом каменная ограда отделяла дом от черты леса.

С вершины холма и вплоть до парадных ворот вниз тянулась проторенная колея. Стебельки травы, росшие в следах от колес, намекали, что пользовались ею в последнее время не очень нечасто.

Натянув вожжи, Лоренцио остановил телегу напротив входа в поместье. Запертые ворота угрюмо нависали впереди, отбрасывая на дорогу решетчатые тени. Вершины черных прутьев украшали декоративные пики. Везде, где только можно, вились лозы дикого плюща.