Героика. Сага о не очень хороших людях

Между ее ладоней переливалось и сворачивалось в шар ослепительное пламя.

— НЕМЕДЛЕННО ВЕРНИ МНЕ МОЕГО МЕДВЕДЯ! — пророкотала она, словно огненная буря. — ИЛИ Я ОБРАЩУ ТЕБЯ В ПЕПЕЛ, КОНСЕРВНАЯ БАНКА С КОСТЯМИ!

— Да, Ваша Светлость! — ошеломленный увиденным Скиталец послушно протянул ей мистера Пончика.

Пламя угасло, и вслед за ним погас и белый свет. Забрав медвежонка у короля, Дана надменно повернулась спиной к мертвому великану. Ее волосы по-прежнему стояли дыбом, напоминая своей формой веник.

— Иди к мамочке, мой дорогой, — просюсюкала она, баюкая мистера Пончика, словно младенца.

— Уйдем подальше от этого злого и очень глупого скелета. Не бойся — он тебя не обидит. Когда вернемся в Козель, я куплю тебе нарядный костюмчик и галстук-бабочку. В них ты будешь смотреться как настоящий мишка-джентльмен.

Рыло медведя перекосило от осознания грядущей судьбы.

— Скиталец! — завопил он, махая лапками. — Убей меня! Я сделал тебя рабом! Я разлучил тебя с дочерью! Разорви меня за это в клочья, умоляю! Только не оставляй в этом теле и с этой сумасшедшей бабой!

— Еще чего! — загоготал король.

— Похоже, тебя ждут страдания и унижения хуже смерти! Наслаждайся!

— Предатель! — крикнул тедибир.

— Жупер, — ответил ему Скиталец.

***

— Напоминаю вам, — сказал Хиггинс, — что мы до сих пор заперты в этой пещере. У кого есть какие идеи? Твоя Светлость, ты можешь взорвать завал файерболом?

Дана подняла руку и нацелила ее в сторону кургана.

— Foer... — пробормотала она изможденным голосом.

Поверхность ее ладони затеплилась тусклым огненным светом. Девушка ощутила слабый жар, который через мгновение погас. Сияющая ладонь потухла, выбросив в воздух облачко белого дыма.

— Нет, — вновь опустив руку, покачала головой магиня. — Боюсь, у меня совсем не осталось магических сил. Я растратила остатки на ссору с этим здоровым лбом. И я не знаю, когда они восстановятся.

— Как быть? Что делать? — озадаченно почесал затылок Маурисио.

— Кровь... — раздался позади них приглушенный стон.

— Что «кровь»? — обернулась коротышка.

Лежавшая поодаль куча тряпья зашевелилась и села, оказавшись оборванным и избитым Очкариком. Круглые очки висели на его переносице в погнутой оправе. Одно из стеклышек вывалилось и пропало. Второе — покрывала паутинка из трещин.

— Кровь Чернокнижника... — пробулькал студент, сплевывая кровью. — Если добавить в нее толченый лягушачий камень, она начнет работать как телепортационная сфера...