Героика. Сага о не очень хороших людях

2

Опять наши дни, но чуть позже

Козель—глухая дыра, где никогда и ничего не происходит

— Итак! — недовольно произнес шериф Блаффорд.

Стоя посреди комнаты, он держал руки сложенными на груди поверх шарообразного пуза. За его спиной в дальнем углу пряталась сутулая тень.

Справа от шерифа расположился письменный стол. Восседавший за ним сухощавый полицейский секретарь обмакнул кончик пера в чернильницу и вывел на чистом листе заголовок: «Протокол допроса оборванцев, задержанных у Арки Богов вечером 5 октября в год Плешивой крысы».

На краю стола торчала раскисшая плетеная корзинка. Из нее выглядывали два полукруглых шерстяных уха.

Над Козелем сгущались сумерки, и видный из окна краешек неба медленно обретал сапфировый оттенок. У дверей казармы рядом с допросной околачивались вернувшиеся с патруля стражники. Опираясь на свои алебарды, они болтали и курили трубки, пуская в воздух колечки белого дыма. Где-то далеко лаяла собака. Прохладный ветерок доносил с соседней улицы аромат жарящихся сосисок.

Шериф Блаффорд глубоко вздохнул, с тоской подумав об уютном кресле, холодном эле и полной миске дымящегося горохового супа со шкварками. Но вместо того, чтобы идти домой, ему приходилось тратить свое время на всяких проходимцев.

— Сейчас вы расскажете о том, что ПО-ВАШЕМУ мнению ЯКОБЫ случилось на том озере! — угрожающе произнес он в сторону небольшой камеры. От остального помещения та была отгорожена железной решеткой. — Я не желаю слышать никаких глупых выдумок, пустых рассуждений и возмутительных инсинуаций.

Я знаю наперед все ваши уловки, и поверьте мне — почую их за морскую милю, после чего вы будете очень, ОЧЕНЬ сильно сожалеть. Все, что я хочу сейчас слышать — это правда, правда и ничего, кроме кристально-чистой ПРАВДЫ!

Финальная «правда» прозвенела ударом двуручного молота по хрустально-несбывшимся надеждам.

Клетка была почти пуста, не считая деревянной скамьи у дальней стенки. Двое задержанных — оба растрепанные, как выдры — сидели внутри, злобно переглядываясь друг с другом.

— Милорд, — начала темноволосая девица в утратившем былые цвет и форму платье. Длинная и худая, она сидела, идеально выпрямив спину, что придавало ей сходство с жердью. — Уведомляю Вас, что во всем произошедшем виноват исключительно вот ОН!

Она бросила презрительный взгляд на своего соседа. Широкоплечий коротышка с физиономией, как у мастифа, злобно фыркнул.

— Не верьте ей! — прорычал он, буравя девицу мстительным взглядом.