Страж Кодекса. Книга VII

Немыслимое достижение, которому позавидовали бы лучшие кузницы Многомерной Вселенной. Многие охотились за этим секретом. Ещё больше их них погибло, а остальные - считают его недостижимым мифом.

Только вот в стремлении завершить своё открытие, Тихомиров сделал ошибку. Не обезопасил себя, подав свою энергию в артефакт. Оберон лично захватил его тело, а затем сделал тоже самое со всеми остальными, кроме внука, находившегося на тот момент в месте, которое смертные этого мира называли Африкой. Впрочем, когда тот вернулся, то пополнил ряды Драгунов, став сосудом.

Великая честь, как считал Лорд.

Почувствовав отклик и удовлетворение на границе сознания, Оберон понял - первые из его народа возродились. Старые Кузни справились с нагрузкой, создав первую партию тел. Две сотни, но это лишь начало возрождения... которое всё ещё находилось под угрозой. Будь этой угрозой сильные мира сего, то Лорд не воспринимал бы их всерьёз. Ранги Одарённых, информацию о которых он считал в разуме Тихомирова, ничтожны перед силой Пустоты.

Будь то Ветеран, или Вне Категорий, ему всё едино. Все падут, а затем умрут в блаженстве Смерти.

Существовала более весомая угроза, которую Драгуны не ожидали встретить. Охотник... Воин Кодекса, был в этом мире. Машинам не свойственны понятия «Совпадение» или «Случайность». Есть лишь чёткий расчёт. Вероятность того, что в этом молодом и слабом мире может встретиться Охотник была до абсурда мала. Ничтожная доля процента, особенно с учётом появления Малефикара именно здесь.

И пусть удивление не свойственно Драгунам, Оберон ощутил именно его. Не только из-за появление этого врага, но и того, кем именно является этот Охотник.

Вновь вмешательство богов? Тёмной? Или того, кого называют Кодексом?

Неважно. Угроза существует, она реальна, а значит её требуется устранить. Охотник должен умереть. Лисара - та, кто захватила тело смертной девушки и должна была убить одно из главных звеньев этой людской Империи - погибла, но её смерть не напрасна.

Охотник слаб. Оберон видел проявление его силы и души, просчитав всё. От его былого Океана, что был сродни Великой Пустоте, осталась жалкая лужа. И прибавление в этой луже древнего дракона, несущего в себе искру Истинного Пламени, никак не влияет. Впрочем, просто так устранить Охотника тоже нельзя. Ещё в их первую встречу Оберон почувствовал внутри него силу, которая принадлежала не Кодексу, а Стихиям.