Чёрный хребет. Книга 2

Хотелось бы увидеть их лица, когда перед ними предстанет воин в латном доспехе, в стальном шлеме и с цвайхендером в двух руках.

К сожалению, это пока невозможно: слишком мало стали добываем, а присадок для упругости нет. Для легированной стали нужны добавки, чтобы увеличить пластичность, прочность или ударную вязкость. Даже хром и никель непонятно где искать, и это я ещё не говорю про титан, вольфрам или молибден.

Можно выковать нагрудник из высокоуглеродистой стали, но его можно будет разбить сильным ударом молота или топора.

Поэтому приходится выбирать между ламеллярным и зерцальным доспехом. В крайнем случае бригантину. И всё это требует кучи железа.

– Какой большой кинжал, – говорит Майра. – И широкий.

– Эта штука называется «меч», – отвечаю.

– Красивый...

– Да-а. Мне тоже нравится.

– Из чего он сделан?

– Из меди, только немного другой.

Здесь понятия не имеют о химии, атомах и молекулах, поэтому местные жители никогда не поймут, в чём отличие железа от меди. Для них и одно, и другое – металл, только разного цвета и вязкости.

Попробуй им сказать, что у одного из них двадцать шесть протонов в ядре, а в другом двадцать девять – посмотрят на тебя как на идиота.

Поэтому и существовала такая вещь, как алхимия. Серьёзные учёные, вроде Ньютона, пытались превратить железо или свинец в золото, не понимая, что здесь нужен ядерный синтез или деление атома. И с такими элементами справится только взорвавшаяся звезда.

В моём мире меня бы засмеяли, скажи я, что железо – это серая медь.

А тут такое объяснение звучит вполне логично.

– Можно я его заберу себе? – спрашивает Майра.

– Конечно, забирай, – говорю.

Будто у меня есть выбор и хоть какой-то шанс оставить оружие.

Размахивает мечом из стороны в сторону, совсем как я, когда его только выковал. Хуберт, в свою очередь, достаёт метательный нож. Рассматривает его со всех сторон, подносит очень близко к лицу, нюхает, даже пробует языком.

– Из этой штуки можно сделать целую кучу ножей поменьше, – говорит Майра.

– Ты посмотри, как он лежит в руке, – отвечаю.

– Правда, приятное ощущение?

– Да, очень.

– Ты действительно хочешь разбить его на маленькие ножи?

– Нет, – говорит. – Но это слишком большая трата меди.

– А вот тут ты ошибаешься. Мы не расточительно используем металл, а слишком мало его добываем. Вокруг нас его столько, что можно строить целые дома, главное найти удачное место и наладить переплавку.

– Хочешь сказать, что мы можем сделать много таких мечей?

– И не только мечей.