Триумвират. Безымянный мир.

Кругом мусор, испражнения и невероятное количество грязи. Воняло, как в выгребной яме. Не так я себе представлял главный штаб местной мафии, ой не так…

-Авл! – заорал Гримм у самой большой палатки, - Авл!..

- Чё припёрся?! – раздался наглый и властный голос, - Тебе вчерашнего мало было, да?

От этих слов Гримм рефлекторно дернулся и протянул руку к уху, но бросив на меня взгляд, сделал вид, что зачесался затылок.

Из палатки выбрался знатно заплывший жирком детина, в грязной майке и нелепых шортиках. Маленькие глазки сразу же принялись буравить Гримма, но тут он заметил меня и ткнув в мою сторону толстым пальцем с грязным, обгрызенным ногтем, спросил:

- Эт чё?

- Это новенький, Авл! Хочет вступить! Я привёл! – робко заулыбался бедолага.

- Привёл, это хорошо… Иди давай, я сам с ним потолкую. Ты же помнишь, о чём мы договорились? Если вечерняя норма будет меньше и сегодня, отрежу ухо. – довольно оскалился он.

- Помню, договаривались… - понурившись, Гримм с тоской посмотрел на золотой, всё ещё зажатый у меня в руке и в его глазах пронеслось осознание того, как он ступил и кому теперь отойдёт золотой.

- Пшёл вон уже! А ты... - обратился он ко мне, - Заходи в мой дом.

Изнутри «дом» оказался ещё хуже, чем улочка снаружи. Тут не то, что сесть, стоять было боязно. Как бы что не подцепить. Палатка находилась прямо на мостовой, на которой было разбросано всё: от гниющих объедков, до грязных, провонявших одеял и такой же одежды. В углу, на замызганном тряпье, в куче пустых бутылок валялась в отключке женщина.

- Садись! – пнул он в мою сторону засаленную подушку.

- Из уважения к хозяину, постою. – я совершил легкий поклон, скрывая брезгливость.

- Хм… Молодчага, чтишь! Эт я люблю. Значит, слушай… А чего у тебя ник над головой? – насторожился толстяк.

- Вступил в Дом Тьмы. Но их порядки не по мне, контроль, устав, жертвы и всякое, да и не платят совсем.

- Заливаешь складно… Посмотрим… Правила у нас простые: каждый вечер ты должен приносить два золотых мне или моему помощнику - старшему Никсу. Приноси товаром, зельями, ювелиркой, чем угодно. Принесёшь меньше, тебя… оштрафуют. – сказал он последнее слово с особенным смаком.

- Понял? – не дождавшись привычной реакции, он нахмурился.

- Понял.