Там, где кончается степь

- Садитесь, бля! – рявкнул этот отморозок, запрыгивая на спину упрямого животного – Сейчас, сука, поедем!

А едва мы запрыгнули в фургон, как этот раздолбай поднес к уху животного ствол, и спустил курок.

Наверное, эти края еще не видели таких скоростей! Обезумевшее от неожиданности животное, вскочив на ноги, помчалось по полю вдоль дороги, не чуя ног, ревя в голос что-то на своем коровьем языке. Наверняка матерное! Ну, потому что мы, мотыляясь по всему фургону, уж точно свою речь не сдерживали. Даже Кайя, узнавшая нецензурную лексику совсем недавно, в основном от армейцев…

- Ага, бля! – Радостно орал Федя, размахивая револьвером над головой.

Другой рукой этот недоковбой держался за хомут, и держался, надо сказать, крепко… Во всяком случае, я лично видел, как пару раз его ноги взлетали выше головы, это точно!

Честно признаться, я думал, что наш фургон врежется в деревья на опушке, но даже испуганное животное соображало не плохо, и в последний момент свернуло на дорогу, лишь с треском ударив борт фургона об дерево.

Отчего мы в фургоне дружно отлетели к противоположному борту, а Федя рухнул на нас, не удержавшись на спине быка.

- Уй, блин… - Мне знатно прилетело по макушке револьвером, а в бедро воткнулось что-то острое, хоть и не глубоко – Федя, м-мать… Я тебя убью!

Надо отдать должное моему другу, он даже не пытался огрызаться, а вместо этого, протоптавшись коленями по моему телу, рванул к поводьям, которые остались закрепленными на передней стенке телеги.

И спустя несколько километров, все-таки остановил телегу, натянув эти самые поводья так, что мне даже жалко стало животное.

- Федя, ты… - Начал было я, но заткнулся, растерянно глядя на наконечник стрелы, торчащий из борта повозки. О который я и порезался, пока летал по фургону – Трындец… Мы все пропустили…

Впрочем, уже спустя минуту, сзади нас послышался хруст веток, и на дорогу выскочил разбойник с дикими глазами, и с мечом в руках.

Я дернулся было достать топор, но Кайя успела раньше, и привычный волшебный снежок врезался агрессору в грудь, отбросив того назад в заросли.

Ну а следующего нападающего, уже я встретил во всеоружии, с размаху саданув выскочившему из кустов гаду доской в шлем. А потом от души добавил ногами, вымещая все раздражение и злобу, накопившиеся за утро…

А рядом со мной, Федя, размахивая моим топором, гонял по дороге лучника, у которого за спиной висел колчан со стрелами, а правая рука висела плетью.