Сказание об Оками 4

Откровенно переигрывает она, но на непритязательных гражданских спектакля хватило. Привлеченные грузчики подхватили горца под руки и повели. Мне осталось только контролировать, чтобы не уронили.

– Ведите к выходу из города, я смотаюсь за вещами и догоню, – в гостинице мы оставили свои рюкзаки. Там особых ценностей нет, но все равно жалко бросать. Метнулась так быстро, как могла, не выдавая в себе энергетика, то есть шиноби. По крышам не скакала, по стенам не бегала, на сверхзвуковые скорости не переходила. Обычный быстрый бег.

– Оками, скажите, пожалуйста, что-нибудь Киллеру Би, иначе он меня раздавит, – произнесла вдруг Кацую у меня под одеждой.

– Э… привет. Я Оками, – постаралась сделать голос повзрослей и вообще слегка исказить, чтобы не узнал во мне мальчишку, любителя автографов. То что все происходило на бегу, возможно, мне помогло. – Не дави ее, лады? Она офигеть какая клевая. Давай мы с тобой утром поговорим? Ну или хотя бы через часик? У меня тут королевские дела.

– Йо! Киллер Би услышал тебя, маленькая королева.

И понял, что это тебе сегодня автограф давал, – оказывается, он не только бодрым рэпчиком разговаривать умеет, но и вполне себе нормальной речью. – Убегаешь из города, да?

– Не хочу ничего случайно разрушить, если меня решат поймать. Дзамани классный, пусть лучше целым остаётся.

– Йо, не торопись. Шиноби не верят друг другу, но Киллер Би верит. Я отнесу слизняка братану вместе с письмом. Но не быстро. Всё сказал вежливой девочке.

– Спасибо. Твой рэп крутой, без базара, я не пробую подлизаться.

В нем есть энергия.

То, что носитель восьмихвостого проявил дружелюбие, не повод расслаблять булки и успокаиваться. Я все равно добежала до гостиницы, нагрузилась нашими общими вещами, которых не то, чтобы гора, и уже медленней побежала к выходу из города, прикидывая, где нагоню своих. Все верно рассчитала, через некоторое время выбежала к ним, уже в пригороде. Скай очухался к данному моменту и, чуть пошатываясь, вышагивает рядом с моим братишкой, сторонясь девушек.

Забавно. Я так думаю, Чико ему пару зуботычин прописала для сговорчивости.

– Знакомьтесь, Учиха Чико, дезертир, нукенин, моя лучшая подруга, – сказала я, осмотревшись по сторонам и убедившись, что слушать нас на ночной дороге почти некому. Не принято тут по ночам путешествовать у нормальных людей.

Реально ведь лучшая подруга. Кто там еще на тот же статус может претендовать? Сестренка Кушина? Так нет ее больше. Каноно? Она старая. Марин? Мало с ней общались.