Сказание об Оками 4

И как вам после такого верить? Что дальше? Измените запись в книге бинго и вместо живой я буду требоваться мертвой? Типа, решено уже, что разрушительница городов во всем виновата. Я не хочу с вами ссориться, но вы сами в эту сторону меня подталкиваете. Давайте это обсудим. У Хатиро остается мой волчий призыв, сможете мне через него писать, минуя почту и курьеров.

Оками, королева Узушио.”

Обе бумаги скрепила своими печатями. С изображением водоворота и с маской бога смерти.

– Не слишком ли резко ты к хокаге обращаешься?

– А ты кто такой, чтобы спрашивать? Всё, вали, бывший парень, – с ядовитой усмешкой сказала я Хьюге, передавая письма.

– Надеюсь, жена тебе не совсем стремная достанется, знаешь ли.

– Мы друзья. Я буду писать. Спасибо за все, с тобой рядом было очень хорошо. До встречи, – закончил он и вышел из импровизированного кабинета.

Под конец его маска восковой куклы все-таки дала трещину. Так полагаю, специально делал вид, что ему все безразлично. Чтобы я на него злилась, а не пыталась найти варианты, как удержать.

Чтобы весь негатив на себе, а не клане, сфокусировать. Придурок! Недоработал. Я разглядела слезинку в его единственном глазу. Или мне очень хотелось ее увидеть и я сама ее придумала? Уже и не узнаю.

Он ушел. А я? А я полезла в запасы алкоголя Цунаде и вылакала половину бутылки сакэ, так попросту, из горла. Бухать в моем возрасте вредно? Да и плевать! Я взрослая. И вообще могу выгнать токсины из организма в любой момент, я умею. Просто не хочу. Я бы и остаток алкоголя прикончила, а затем полезла по пьяни разбираться с игорными домами, обкрадывающими мою наставницу, но заявилась Каноно-тян и уложила меня спать, проявив воистину материнскую заботу.

Хорошая она все же, хоть и толстая. Наела себе бока, вот Миура-сенсей в ее сторону и не смотрит. Или не потому. Сон меня все-таки победил. Много ли надо выпить тринадцатилетней соплюхе, которая интоксикации сопротивляться не спешит? Легко меня срубило.

Боль – это просто информация и мне на нее положить? Не так ли я всегда рассуждала? Я имела в виду простую боль от дырки в животе и порезанного сталью кишечника.

Похмелье – это же совсем другое! Настолько мерзкие ощущения, что как будто бы подталкивают бросить пить. Проснулась и попросту пялилась в какой-то слишком белый потолок.

"Самурай, отравляющий свой разум сакэ, подобен воину, добровольно затупляющему свой меч”, – прозвучал рядышком голос, который я сразу и не узнала. Каждое слово набатом отзывалось у меня под черепной коробкой.