Сказание об Оками 4

И Фума-кун должен быть в курсе того, что ты ими владеешь.

Кругом она права. И повторю свой вопрос. Зачем эта умная тетка раз за разом играет без надежды на выигрыш? Благотворительность у нее такая, что ли?

– Пусть докажут! А если будут упорствовать, то у Гато-сана большой флот, а меня могли бы называть сжигательницей кораблей.

Внезапно быстро вернулся Фума, который совершил невозможное – побледнел еще сильнее. Или это пудра? Не, реально алебастрово белый цвет приобрел. Боится меня. Или Цунаде. Может быть, и Чико с Шизуне тоже.

Они-то настоящие полноценные ниндзя, а не запечатанные инвалиды.

– Я говорил с Гато-самой по телефону, он отбывает в Страну Воды по срочным делам и потому не может с вами встретиться. Ваш выигрыш подтверждается, однако каждому из вас теперь запрещено играть в казино компании Гато. Босс не желает нести убытки от слишком удачливых игроков.

– И где мои пять лямов, Тадаса-кун?

– Это очень крупная сумма. Вы можете получить десять тысяч из сегодняшней выручки заведения.

– Десять тысяч в день? То есть полтора года придется сюда ежедневно ходить?

– Не больше года.

Вы ведь не учитываете пятьдесят процентов налога в пользу даймё Волн, который платится с каждого крупного выигрыша.

– А не обнаглели ли вы с вашим Гато и даймё?

– Я просто наемный сотрудник! Ничего не решаю! Вот вернется босс, от него и требуйте! – ох, как занервничал парень. Ну еще бы. Не каждый день такие проблемные посетители.

– Слышь, сотрудник, я даю Гато три месяца, чтобы полностью рассчитаться.

Это какие-то жалкие пять лямов. Всё сказала, проваливай.

– Наставница, а я тут придумала кое-что. Мы с вами мало общаемся. Теперь в казино всегда будем вместе ходить. Вы проигрываете, я выигрываю, но больше, и остаемся в плюсе.

– Не зли меня, девчонка! – Цунаде треснула ладонью по столу и стол сломался пополам. Просто хлопком ладони, не направленным на целенаправленное разрушение. Да как она это делает!

– А вот и будет злить, пока за ум не возьметесь! А я ей буду помогать! – высказала Шизуне.

– Я устала от вашего поведения, Цунаде-сама!

– Вы хоть понимаете, кому ультиматумы ставите, неблагодарные?

– Любимой наставнице, которая, если прекратит зависать в шалманах, сможет обучать нас крутым дзюцу, – подлизалась я. – Вот, например, той печати, для запечатывания биджу. Если бы я ее умела создавать, в Конохе все могло пойти иначе.

– Оками, ты за дуру-то меня не держи. Я пьяная, а не глупая. Дома скажешь мне, зачем тебе эта печать.

Дома.