Сказание об Оками 4

Где тут искать наших – было ясно заранее. В порту, конечно. Там, где находится Шохеймару с командой головорезов, готовых вписаться за своего капитана. Не лучшее место для женщин и детей? Бывает и хуже. Я, во всяком случае, выбрала бы порт и общество полупиратов, чем рисовое поле и родную деревню.

Тем более, что кэп подшустрил и отжал особнячок, некогда принадлежавший богатому купцу, пока процветающая в прошлом страна вконец не зачахла от экономических проблем. Особняк разграбили, капитально загадили, но не сожгли.

Ничего такого, что нельзя привести в подобие пристойного вида, имея два десятка работящих матросов, подгоняемых грозным старпомом.

Встретились, обнялись. Со всеми. Фумито прибыл буквально на днях, а Марин и Каноно – еще парой дней ранее. Только сейчас заценила, как эти рыжие друг на друга похожи. Это можно осознать, лишь когда они находятся рядом. Толстуха-тян буквально светилась от счастья, когда находилась в одной комнате со своим сыночкой. Мне это, наверное, пока свои дети не появятся, не понять.

Но повод для подколок “маменькиного сынка” появился забавный.

Еще заметила некоторое напряжение между двумя рыжими мамашами. В Конохе они вроде как ровно общались, что сейчас не так?

Сунулась с этим вопросом к Марин, которая разве что шипеть не начинала в присутствии старшей урожденной Узумаки.

– А чего она к чужим мужчинам лезет?! – возмутилась девушка. – Пусть подальше от Коху-сана держится!

– Ты хоть чуточку мозгов-то заимей! – не полезла в карман за словом братишкина мамка. – Я просто вежливая и всем улыбаюсь.

И мне малолетки не интересны.

– Это мой муж, по-твоему, малолетка? А ну извинись перед ним!

– Что, позволишь мне с ним заговорить? Ревнивая ты идиотка!

– В моем присутствии извинись и сразу отвали подальше, а не то я за себя не ручаюсь! Я, в конце концов, шиноби и техники знаю! А ты кто такая? Просто гражданская!

– Думаешь, я какой-то соплюхе вроде тебя не накостыляю?

Рядом со мной вздохнул Фумито.

– Мам, ну хватит уже Марин-сан задирать. А вы, Марин-сан, прекратите ревновать.

Мама не претендует на сердце Юки-сана.

– Ей, боюсь, кое-чего другого будет достаточно.

– Ты кем меня сейчас назвала, мелюзга?

Я честно попробовала рявкнуть что-то типа “заткнулись обе”, но мою попытку даже не заметили. Вот лет через пять ревнивая дура сообразит, что пора и меня рассматривать, как соперницу. Хотя я на кэпа также не претендую. Как будто вокруг свободных парней мало и надо занятых отбивать, чтобы одной не быть. Дурость, короче.