Сказание об Оками 4

До самого утра в итоге провозилась, но в целом так недурственно вышло. Последний этап – жесткая шина из двух дощечек, выломанных из окна. Как новенький получился. И в себя под конец пришел. Задергался было, но увидел меч у горла и затих. Может быть, не такой и идиот нам попался?

– Позвольте, я сама допрошу его, господа самураи, – попросила Шизуне. Наверное, в кодексе есть какие-нибудь строчки о том, что если дама просит уступить ей пытки и допросы – нужно соглашаться. Во всяком случае, самурай Сабуро, он же мой братан Фумито, кивнул и отошел от на шаг дальше от пленника.

– Кивни, если согласен не шуметь и отвечать на вопросы. Широ-кун, ученик самурая, пришил тебе руку, но сам Сабуро-сан хочет отрубить ее обратно вместе со второй кистью и ногами. Я пока что велела тебя не трогать, – горец отчаянно закивал, показывая, что готов не то что говорить, но и петь.

– Как тебя зовут? – спросила девушка, вытащив кляп.

– Скай, – сказал, как выплюнул, юноша. Ох, и голос у него в моем вкусе.

– Добавь “госпожа”, – потребовала я и отвесила ему затрещину. Точно такую же, как сама от “самурая-наставника” вчера получала. Но так-то у меня рука тяжелее, чем у братика, хоть я и мелкая. Ну ладно, это я уже хвастаю. Нормально всё у бро с подзатыльниками.

– Скай, госпожа, – смиренно повторил парень.

– Госпожа Камино, – снова придралась я.

– А чего сразу не сказал! – горец в последний момент дернул головой и моя затрещина вышла вполсилы.

Маска сурового воина треснула и Фумито в очередной раз чуть не заржал.

– Придурок, ты хоть понимаешь, кто перед тобой? – роль злого полицейского досталась мне.

– Красивая девка, мать моих будущих детей? – наивно предположил темнокожий. Не заметно по нему, чтобы юродствовал. Просто деревенский голоногий идиот.

– Госпожа Камино Мизуки-сама аристократка, ее семье принадлежит много земли на Узушио, – сказала я.

– Я же сказал, я Скай. Пастух я. Овечек пасу, козочек.

– А сюда зачем полез?

– Так невесту украсть. Положено так. Коль девка приглянулась и не замужем, хватать ее и к себе в деревню тащить. Все так делают.

– Кажется, я поняла, почему наставница решила, что ей сюда нельзя, – пробормотала Шизуне. – А моя охрана тебя не смутила? – уточнила уже сама “девка”.

– Кто охрану пужается – потом один живет, без жены.