Диабло для дьявола

Вероятно, тут целые толпы студентов могли готовить для себя обеды и ужины, а может, практиковать какие-то магические штуки, если это было предусмотрено Игрой.

Повар и правда согласился одолжить нам одну из печей за какие-то пару медяков.

— Вон ту печь берите, — сказал он и показал пальцем. — Где та растяпа пригорюнилась.

Пригорюневшей растяпой оказалась Астралка. Она действительно выглядела расстроенной. Уж не знаю, как Директору удался такой фокус, но лицо кентаврихи было и впрямь страдальческим. Оказалось, не просто так.

— Всё сгорело, — сообщила она плаксивым голосом. Возможно, мне показалось, но лицо кентаврихи стало еще более кислым.

— Лосось сгорел? — уточнил я.

— Да. Я положила рыбу в печь, а когда вытащила — так она вся черная. А у вас что? Тот же квест? У Корвины взяли?

Я поглядел на несчастную Астралку. Глаза снова зацепились на ее выдающихся сиськах, и сразу захотелось помочь ей.

— Ты не переживай, — успокоил я бедняжку. — Ты ведь наш друг. Мы, как с квестами разберемся, поможем тебе на материк вернуться.

И вообще — поможем.

— Надо по одной запекать, — пробормотала Вероника. — И, наверное, лучше, если не я, а ты. У тебя ведь талант чуть прокачан.

— На два пунктика, — согласился я. Немного, но лучше, чем твоя стартовая четверка. Давай!

Окно бартера возникло само по себе. Вероника скинула мне весь свой лосось. У меня и у самого осталось немного. И это оказалось весьма кстати, так как на расчёт правильного времени готовки ушло много рыбин.

Через три блина комом мы выяснили, что на запекание одной единицы уходит минута и 18 секунд.

Но когда я рискнул положить две рыбины, они вышли недожаренными. Пришлось испортить немало улова, прежде чем я понял: вычислять надо через прогрессию. Всё-таки удобно быть программистом, да еще и с математикой дружить.

— Ровно шесть минут, — сказал я, посчитав в уме. — Теперь это ясно.

— Ты уверен? — забеспокоилась Вероника. — Если сейчас двадцать штук сожжем, то… — Она махнула в сторону, где стояла Астралка, чтобы продемонстрировать, что тогда будет.

Вот только кентавриха почему-то ушла.

— Не сомневайся!

Я сунул в печь двадцать лососей. Через шесть минут вытащил. К этому времени мой талант поднялся до 7-ми. А новоявленный перк «Повар» остановился на 9-ке.

— О-о-о! Превосходно! — восхищенно пролепетала моя подруга.

Оно и понятно. Все двадцать рыбин лучились приятной коричневатой прожаркой. Я готов был поклясться, что ощущаю их аромат, даже аппетит разыгрался.