Диабло для дьявола

— Хорошо, — Корвина погрустнела. — Но как утрясете их, то возвращайтесь. Я открою портал и дам свиток телепорта на возвратный путь.

Я вернулся в номер. Еще раз оценил грустную картину — неподвижную Нику, лежащую в кровати.

— Мне будет не хватать тебя в этой миссии, — прошептал я.

Перед тем как покинуть гостиницу, я проплатил наш номер на целую неделю вперед. Когда вышел, меня ждал сюрприз: Центурион и Астралка.

Оба стояли перед входом. Они явно поджидали меня.

— Чего вам? — буркнул я.

— Мне бы лечебное зелье, — тут же выпалил Центурион.

— Прости меня! — взмолилась Астралка.

Я хмыкнул и промолчал.

— Слушай. У меня два очка здоровья осталось. Я через час сдохну, — не унимался Центурион.

— Я не хотела! Я не знаю, что на меня нашло!

— Давайте по порядку, — соблаговолил я и обратился сначала к Центуриону. — Ты мне не друг. Зачем мне делиться с тобой зельями?

— Давай будем друзьями!

— Теперь ты. — Я переключился на Астралку. — Ты была мне другом. А потом швырнула, как лоха.

— Я знаю. Я уже поплатилась кармой, — попыталась она плаксиво оправдаться.

— Карма. А что ты знаешь о ней? — тут же заинтересовался я. — Я так и не нашел, какая она у меня сейчас.

— И не узнаешь, пока она не изменится. Вот я украла рыбу, и карма минуснулась сразу на сотку.

— И?

— И стала минус сто.

— А у меня?

— Раз не видишь, значит, пока цельная, нулевая.

— Ну стала она у тебя отрицательной. И что?

— Мне уже два НПС отказали в квестах, на которых я тут худо-бедно выживала.

— Не НПС, а энписи! — очень занудным тоном сказал Центурион.

Я одарил Центуриона презрительным взглядом, хоть и догадывался, что мой лис вряд ли повторит это. Потом снова обратился к кентавре.

— А почему ты не отдала рыбу Корвине?

— Потому что тогда карма рухнула бы еще на сотню. Я тогда не знала, к чему это приведет, и сейчас очень рада, что не завершила квест. Что отдала лососей Нике и убежала.

— Кстати! А где Ника? Вот она мой друг и, наверное, помогла бы лечебной скляночкой, — опять встрял Центурион.

— Хорошо! Я тебя прощаю, — милостиво согласился я. — Довольна?

— А друзья? Мы будем снова друзьями?

Вот ведь наглая! Одного прощения ей мало.

— Ну не знаю, — засомневался я.

— Однажды прощенный за предательство больше не предаст, — взмолилась кентавриха.

— Пффф! Сама придумала?

— Ага! — Она рассмеялась.

Следом хохотнул Центурион. Я тоже не выдержал и заржал. Мы трое смеялись минут пять. Первым перестал Центурион.

— Ну вот. Одно очко осталось.