Михаил Освобожденный. Том I

Так и сделали…

В магазине с названием «Норкин-Модник» дядька-усач помог мне шмоток подобрать. Набрал за тридцать рублей всякой всячины: с десяток рубашек, костюмы, белье, ботинки, а еще две пары плотных кожаных курток – эти как защитные пойдут; на них тут на мотоциклах гоняли.

Рванье, что на мне было сразу выкинул. Рубашку, штаны и ботинки нацепил, а поверх черную мотокуртку накинул. Забавно – в ней я чуть не утонул.

Так понимаю «Норкин-Модник» заведение для обнищавших дворян или для дворян в изгнании – здесь и такие были – и цены тут на самом деле достаточно скромные.

Хотя, на мой взгляд, по отношению к другим товарам безумно дорого… Но возмущаться я естественно не стал. В каждом коровнике свой мумук.

Все остальное купленное попросил запаковать и придержать до того момента как мы вернемся.

– Готов к штурму шхун? – спрашивал у домового.

Тот только раздраженно себе под ноги сплюнул.

Так и пошли.

Кузьмич вывел к пристани. Походили вдоль, поглядели на большие и малые корабли.

«Гулену» не нашли, нашли работяг, у которых перерыв был; они в тенечке заседали, курили и перекусывали хлебом и сыром.

– Здорово трудолюбцам, – добродушно поприветствовал их домовой. – Мы «Гулёну» ищем, сориентируете?

Пятеро работяг остановили разговоры, посмотрели на нас, перевели взгляд на шестого.

Старший – крепкий дедок, смотрящий на мир через прищур, оторвался от курительной трубки, выпустил облачко дыма, вежливо сказал:

– Искали бы вы, черепушки, лучше другую посудину.

– Почему?

– «Гулёна» жуткая.

– А чего именно жуткая то?

– Трупчина… Нежить без печатей. Максимку мелкого туда утащили. Василия схарчили, – в голосе у него горечь.

– А вы чего?

– А что мы?

– Ну, дружинникам бы сказали, – предложил домовой.

– Сказали. Ради такого они со стен сходить не будут. Дружинникам плевать. Их семьи с той стороны.

– А как аргументировали? – спросил я.

– Аргу… что?

– Как отмазались?

– Спросили: «нечисть сходит со шхуны?». «Пока нет» – ответили мы.

«Так и не подходите тогда близко, дураки, а как сойдут – так и приходите» – предложили они и прогнали нас.

– А что Церковь? – допытывался Кузьмич.

– Это третий приход, – раздраженно бросил старик.

– И?

– Неместные что ль? Его в прошлом году победили. А храм пожгли. У Первого людей нет, Второй ведьмовскими гонениями занят.

– А с третьим то что случилось? Кто такой смелый? – нахмурился домовой.

– Бесы и черти.

– Много?

– Много.