Мертвое наследие

Названный стариком воин готов был выйти на небольшую арену, чтобы биться с человеком Флеммера. И ведь толпа была на стороне немолодого воина, и всячески желала ему победы. Ну кроме тех, конечно, кто поставил на его противника. Сам Флеммер в напряжении так сильно сжал кубок с вином, что даже не заметил, как пролил его содержимое себе на одежду.

Оба бойца в качестве оружия использовали меч. И оба по своему стилю чем-то были схожи. Возможно, это и есть тот мастер меча, уроками которого так гордится этот юный господин.

Если так, то у Дунвеста действительно могут быть проблемы.

Впрочем, поначалу наш бывший рыцарь держался хорошо, не уступая оппоненту в скорости и ловкости. Но чем дольше длился бой, тем сильнее чаша весов склонялась на сторону более молодого мечника. Дунвест начал понемногу уставать. Его движения замедлились, он всё с большим риском уходил из-под ударов, сам атакуя уже далеко не так остро. Спустя почти две минуты боя силы, казалось, совсем покинули его.

Очередная серия выпадов от его визави закончилась рубящим ударом, которым, наверняка, можно было нанести увечье даже тренировочным оружием. Удар вышел сильным, точным, но нетерпеливым. Такой наносит человек, почувствовавший своё превосходство и уже поверивший в свою неминуемую победу. Словно собрав всю оставшуюся энергию воедино, Дунвест крутанулся вокруг оси и неожиданно подрубил опорную ногу воина, пропустив его меч в сантиметре от своей макушки. Что ж, дорога к финалу была для него открыта.

– Это было нечестно, вы же видели, он обманул его! – заорал Флеммер. – Выиграть подлым обманом, разве это достойно турнира? Я требую извинений от него и от тебя… как там тебя… неважно! Это ведь твой человек, и он совершил подлость!

Такой реакции не ожидал никто. Все присутствующие на этом ярусе люди по-разному смотрели сейчас на этот приступ необоснованного гнева. Кто-то снисходительно, кто-то с усмешкой, а кто-то откровенно брезгливо. Но во всех этих взглядах не было одного – уважения.

Флеммер его лишился по своей собственной глупости и из-за своей собственной несдержанности.

Что же до меня, то я решил себе позволить ответить:

– Видимо, господин Флеммер, ваш наставник обучает вас по каким-то особенным правилам. Всем очевидно, что бой был честным.

– Ах ты…

– Уймись, Флеммер. Ты забываешься. Ты у меня в гостях.

Тон Гунмира на этот раз был куда строже. А его оговорка весьма интересной.