Попаданец в Дракона - 5

Со смертью всех пленных, воинов и рабов ученики шамана начали один за другим вспарывать глотки уже себе.

С каждой новой принесённой жертвой стоявший в центре хан словно бы немного увеличился, а его зелёные глаза светились чуточку ярче. Когда главный шаман убивал последних своих учеников, то их сущности не исчезали, как у людей, а прилипали к вождю, образуя за его спиной корчащийся дымный плащ.

Последним себя убил сам орк-старик. Его смерть окончательно воплотила и сформировала плащ из духов.

Сам же великий хан вытащил тяжелые, явно не орками созданные топоры и, высоко подняв их, громко закричал, хоть его слова в грохоте окружающей битвы мало кто слышал.

- Я, Ордаш Дьявольский топор, бросаю вам вызов, жалкие ящеры! Сегодня один из нас падёт, в этом я клянусь своей собственной душой!

В ту же секунду над лезвиями вспыхнуло адское пламя. Созданное дьяволами оружие всегда требовало свою цену, но прямо сейчас орочий вождь готов был заплатить её сполна, благодаря чему в артефакт стремительно втекало всё больше и больше энергии из адского плана.

Оглядев безумным взором всех мертвецов, Ордаш поднял голову вверх и его глаза мгновенно прикипели к черной, самой большой драконице.

- Аксилия Жаждущая крови, - прорычал Дьявольский топор. Слава о черной драконице, нападающей на орочьи кланы, широко распространилась по всей степи. – Ты первой умрёшь от моего топора!

Миг, и вождь взлетает в небо мощным прыжком, оставившим на месте его старта расходящиеся во все стороны трещины.

И хоть глазомер не подвёл великого хана, от чего он должен был попасть в драконицу, но и та не стояла на месте.

Трепетавший позади орка духовный плащ содрогнулся и резко бросил Ордаша прямиком к так и не заметившей опасности Аксилии.

- А-а-аргх! – болезненно зарычала черная повелительница неба, когда перевитое толстыми жгутами мускулов тело с огромной силой врезалось в район её живота.

Но в следующую секунду обычный крик боли перешел в надсадный вой, когда топоры вспыхнули настоящими потоками адского пламени, прожигающим себе путь даже сквозь драконью чешую.

Потеряв разум от терзающей её невыносимой боли, Аксилия инстинктивно свернулась в воздухе, пытаясь вцепиться в причину страданий, но Ордаш был слишком опытен, чтобы не предсказать действия зверя.